Книга Бывший. Ты пожалеешь!, страница 92 – Ира Орлова, Виктория Ким

— Лариса, пожалуйста! Это не значит, что между нами что-то изменится… Я все равно не отступлюсь.

Но я не останавливаюсь. Мне нужно понять, что делать дальше.

Дни тянутся, как в тумане. Я хожу на работу, механически выполняя задания, отвечаю на вопросы коллег, но всё это — словно за стеклянной стеной. Всё кажется бессмысленным. Домой возвращаюсь опустошённой. Там тоже нет спасения: квартира встречает холодом и тишиной, и каждый угол напоминает о том, что моя жизнь превратилась в череду разочарований.

Мужчины. Они все — лжецы. Предатели. Саша с его тайной, Богдан с его постоянными скандалами и грязью, которую он привнёс в мою жизнь. Даже мысли о прошлых отношениях отзываются горечью. Мне больно признавать, что я снова позволила себе довериться, и снова оказалась обманутой.

Сидя на диване, я смотрю на своё отражение в окне. Лицо уставшее, глаза потухшие, плечи опущены. Где я потеряла себя? Как я дошла до этого? Ответов нет, только тяжесть в груди и глухая злость на весь мир.

И тут начинается странное. Богдан. Цветы. Каждый день.

Сначала это меня раздражает. Огромные букеты роз, тюльпанов, лилий — и записки с банальными извинениями: "Прости меня", "Я виноват", "Я хочу всё исправить".

Я их просто выбрасываю. Почему? Может, из-за усталости, может, из-за упрямства. Но, глядя на эти цветы, я ловлю себя на мысли, что они хоть немного отвлекают меня от бесконечного уныния.

Однажды вечером я прихожу домой, как всегда, вымотанная. И на пороге квартиры вижу Богдана. В руках у него пакет из моего любимого супермаркета. Его лицо немного растерянное, но я вижу в нём нечто новое. Неуверенность? Покаяние?

— Что ты здесь делаешь? – резко спрашиваю я, даже не пытаясь скрыть раздражение.

— Ты же ничего нормального не ешь, – отвечает он, показывая мешок. – Дай мне хотя бы накормить тебя. Больше ничего не прошу.

Я закатываю глаза. Всё внутри сопротивляется, но, к своему удивлению, я пропускаю его в квартиру. Не понимаю, зачем это делаю. Мне настолько все надоело и стало безразличным, что я просто машу рукой. Пусть хоть костер посреди гостиной разводит. Ситуация с Сашей ударила меня больнее, чем я думала.

Я отправляюсь в душ, а Богдан спешит в сторону кухни. Позже я сижу за столом и с безразличием наблюдаю, как он суетиться возле варочной панели. Бывший не оправдывается. Не умоляет меня простить его. Он просто готовит ужин.

Едим молча, даже взглядами не встречаясь. В итоге Богдан не выдерживает и достаёт из кармана что-то, что заставляет меня насторожиться. Ключи. Старые, потёртые, с брелоком в виде дома.

— Что это? – хмурюсь я.

— Это ключи, – его голос тихий, почти шёпот. – Я купил небольшой участок на свои сбережения в пригороде. Отремонтировал его сам. Ты ведь всегда хотела дачу.

Я не могу поверить в то, что слышу.

— Теперь не хочу, – отзываюсь довольно резко.

Ведь знала, что не надо его впускать. Сейчас еще решит, что мы ужин и какая-то хибара на окраине растопят мое сердце.

— Но как же… – произносит он растерянно, глядя мне прямо в глаза. – Это не взятка, Лариса. И не подачка. Я просто пытаюсь хоть как-то возместить тебе моральную компенсацию за всю ту боль, что причинил тебе. Если ты не сможешь простить меня, я пойму.

Эти слова застают меня врасплох. Я не знаю, что думать, что чувствовать. Его поступок кажется одновременно абсурдным и трогательным.