Книга Искатель, 2010 № 12, страница 123 – Сергей Юдин, Александр Юдин, Владимир Лебедев, и др.

Аэроморф не набрал еще и двадцатиметровой глубины, когда Самсон увидел Кастель де Бельвер. За прошедшие сто с лишним лет замок изрядно оброс морскими обитателями, тем не менее очертания стен и особенно главной башни угадывались довольно отчетливо. Странно, что он до сих пор не стал объектом исследования или хотя бы любопытства тех же дайверов, задумался Самсон. Ведь замок находится на глубине порядка тридцати восьми — сорока метров, значит, к нему возможно даже бездекомпрессионное погружение. Но опустившись еще метров на пятнадцать, он увидел вероятную причину его недоступности: по всему периметру замка кружила целая стая акул. Да не каких-нибудь, а больших белых! На глаз стая насчитывала до полусотни особей, некоторые кархародоны достигали шестиметровой длины. Чудовища плавали, точно заведенные, на равном расстоянии друг от друга, снова и снова огибая окружность стен. Самсон знал, что этот вид акул не собирается в такие большие стаи; кроме того, в здешних водах столь многочисленной популяции просто не выжить без искусственной подкормки. Следовательно, это не обычные акулы — это охрана.

Вывод лишь порадовал нунция: с одной стороны, в аэроморфе он мог не опасаться белых людоедов, а с другой — его догадка относительно Кастель де Бельвера блестяще подтверждалась.

Самсон взял курс на главную башню. Именно там, полагал он, скорее всего, должен находиться вход в шлюзовую камеру.

Когда до черневшего в основании донжона арочного проема оставалось совсем немного, от акульей стаи отделился десяток особей и направился к амфибии. Ага, внезапная немотивированная агрессия! Выходит, он прав — это охранники. Считая себя в безопасности, он не стал менять курс, хотя вид стремительно надвигавшихся монстров с плотоядно распахнутыми пастями, оснащенными несколькими рядами конических зубов, вызывал невольный озноб.

Первый из кархадонов попытался сразу располовинить его аэроморф, но усиленный углепластик корпуса достойно выдержал атаку. Тогда чудовища, окружив машину, попробовали раскусить неведомого врага совместными усилиями — с тем же результатом. Однако они все равно не бросали попыток, вновь и вновь пробуя корпус аэроморфа на вкус и прочность. У Самсона теперь не осталось сомнений — поведение акул жестко запрограммировано.

В конце концов даже до рыбьих кархадоньих мозгов дошло, что этот орешек им не по зубам, и тогда они принялись биться телами о корпус амфибии. Нунций включил стабилизаторы на полную мощность, но все равно всякий раз едва не вылетал из кресла. Когда после очередного фронтального соприкосновения аэроморф отшвырнуло аж на несколько метров, он нанес торпедный удар.

Три из четырех легких торпед достигли целей; подбитые особи, выпуская целые облака крови, пошли ко дну, а их товарищи алчно устремились вдогонку за легкой добычей. Все-таки пищевой инстинкт самый могучий, усмехнулся Самсон, аккуратно выруливая в темный зев «горшка».

Как только аэроморф полностью скрылся под арочными сводами, позади него сдвинулись стальные створки ворот, потом еще одни, а уровень воды стал быстро понижаться. Когда шлюзовой отсек осушился до середины каменной кладки, сброс прекратился. Нунций дал команду на всплытие.