Книга Искатель, 2010 № 07, страница 27 – Владимир Соколов, Владимир Лебедев, Журнал «Искатель», и др.

Рухнула черная пелена, вихрем звуков и образов ворвался в сознание Таис окружающий мир, все отчетливей стал слышаться голос подруги; он звенел, рвался, приказывал: «Тужься! Тужься! Тужься!» Окончательно поборов слабость, стряхнув остатки мерзкой тьмы, женщина распахнула глаза и тут же отпрянула от неожиданности: подле нее находилась женщина, в чьем смутном облике с трудом угадывались черты ближайшей подруги. Лицо Елены заострилось, приобрело сероватый оттенок, провалы глазниц заполнила тьма, волосы всклокочились, вокруг них в каком-то диком и нелепом хороводе плясали желтые языки пламени. Самым странным было то, что в руках у Елены оказался огромный шар, который переливался золотистым цветом, то тускнея, то разгораясь с новой необыкновенной силой. Боясь потерять рассудок, Таис закрыла глаза и только вслушивалась в знакомый голос подруги, пытаясь точно выполнить ее распоряжения. Голос звал, голос приказывал, голос молил! Подчиняясь ему, стряхивая остатки жуткого наваждения, Таис собрала последние силы и в неистовом порыве стала напрягать мышцы. Боль прошла, но тело слушалось еще плохо. На помощь пришло небывалое чувство, роженица почувствовала, как лоно ее чем-то наполняется, как будто туда поместили кувшин с водой, в который, не прекращаясь, прибывает вода, а он, вместо того чтобы растрескаться, расколоться, разорваться на множество мелких осколков все увеличивается и увеличивается в размерах. Это чувство становилось невыносимым, заставляя беременную сокращать все мышцы, в яростной попытке освободиться от этого дикого напряжения. Спустя какое-то время Таис поняла, что этому напряжению она обязана своему малышу, который, преодолев все препятствия, устремился к долгожданной свободе и теперь настойчиво просится выйти на свет. Ощущение радости и счастья захлестнуло гетеру, у нее получилось, силы утроились! Подчиняясь командам Елены, счастливая мать исторгла из себя сначала головку плода, которая медленно, как бы раздумывая, идти или не идти в этот мир, постояла у выхода, затем, решив про себя, что, пожалуй, можно рискнуть, протиснулась наружу, потянув за собой туловище. Огромное, сильное тело новорожденного стремительно вошло в воду, возвестив о своем прибытии фейерверком брызг и морской пены. Подчиняясь воле врача, малыш взмыл на поверхность воды и громким криком возвестил этот мир о своем прибытии. Переполненные радостью пережитого женщины обнялись.

Пронзительно завывал ветер, разнося радостную новость по всей Эйкумене, трое счастливых людей замерли, тесно прижавшись, друг к другу, не замечая разбушевавшейся стихии. Вскоре Таис вместе с новорожденным сыном перенесли в дом. Как и предполагала Елена, вес ребенка оказался равен четырнадцати минам^[10], это больше чем одна пятая таланта. Рост малыша превысил полтора локтя. Эти гигантские размеры ввергли всех в великое изумление.

Сияли ярким огнем глаза молодой матери, с любовью и нежностью разглядывающей своего первенца. Вскоре утомленная, но счастливая Таис заснула.

Первый луч солнца, едва пробившись через узкое окошко, разбудил молодую мать, ресницы ее затрепетали, в прекрасных, широко раскрытых серых глазах заблестели лучики света. В комнату тихо вошла Елена, чтобы проведать родильницу. Повинуясь какому-то первобытному чувству, в неистовом порыве Таис вскочила с ложа и прильнула к ее руке. Молодая целительница, не ожидавшая такого горячего проявления чувств, опустилась на колени и обняла подругу. Неожиданно к горлу гетеры подступил нервный ком, тело содрогнулось, плечи затряслись, из глаз брызнули слезы, ручьями растекаясь по счастливому лицу. Интуитивно, каким-то седьмым чувством молодая мать поняла, что эта женщина, ее подруга и спасительница, горячо ее сейчас обнимающая, совершила невозможное, подарила жизнь, отведя твердой рукой врача нависший над Таис тяжелый страшный меч немилосердной богини судьбы.