Онлайн книга «Искатель, 2010 № 07»
|
Я даже сплюнул с досады. Верь после этого женщинам. И полагайся после этого на собственную память. ВСЕ ПРОТИВ ВСЕХ Бросив биллизарского агента в колодец времени и доложив начальству о результатах работы в Древней Греции (личные дела упомянуты не были, конечно), я крепко задумался о том, какие меры предпринять, чтобы раз и навсегда пресечь разрушительную работу Института ксенофобии. Как-то я даже набрался наглости и попросил аудиенции у изображения господина Брументаля, бессменного шефа Патруля времени. — Проблему нужно решить раз и навсегда, — сказал я, стараясь придать голосу уверенность, которой на самом деле не испытывал, — иначе нам предстоит еще много веков исправлять последствия действий этих горе-ученых. То они создают ислам, то насаждают антисемитизм в России, то провоцируют резню армян в Турции... — Вы правы, Шекет, — рассеянно ответило изображение господина Брументаля, читая одновременно какой-то очень пространный документ, занявший почти весь объем комнаты. — Вы правы, но вы ошибаетесь. — Э-э... — сказал я, подняв брови. — Вы правы, — терпеливо объяснило начальство, — когда говорите о малой эффективности наших действий. Это так. Но ошибаетесь, предлагая сбросить на Биллизар и этот чертов институт темпоральную бомбу. Я ведь правильно понял — вы это хотите предложить? — Э-э... — повторил я. — Пожалуй. Нет института — нет проблемы. — Вот типичное рассуждение практика! — воскликнуло изображение, расшвыряв по углам несколько сотен еще не прочитанных страниц. — Поймите, дорогой, там ученые работают, настоящие теоретики, гении, можно сказать! Наука, понимаете ли, стоит вне морали. А каждая наука должна иметь предмет исследований, вы согласны? — Конечно, — кивнул я. — К примеру, если бы не было звезд, то не появилась бы и астрономия. — Чушь! — воскликнуло изображение. — Вы переворачиваете все с ног на голову! Астрономия появилась бы все равно — раньше или позже, — но, не обнаружив звезд на небе, чем бы занялись первые астрономы, как по-вашему? — Удавились бы с тоски, — ляпнул я, не подумав. — Я был лучшего мнения о ваших мыслительных способностях, — холодно сказало изображение. — Не имея предмета исследований, астрономы вынуждены были бы его создать, вот и все. — То есть вы утверждаете, — сказал я с глупым видом, — что сначала мог появиться интерес к изучению звезд, а только потом — сами звезды как плод деятельности астрономов? — Это же очевидно! В мире, где идеи первичны, а материя вторична, иначе и быть не может! — Да, — вынужден был согласиться я, — но ведь в нашем мире все наоборот: первична как раз материя... — Шекет! — в ужасе воскликнуло изображение. — Не говорите при мне подобную чепуху, иначе вас придется уволить в запас. Мне нужно напоминать вам прописные истины? Скажите, разве дом, в котором вы живете, появился раньше, чем идея дома в голове архитектора? — Ну... То дом... — А государство Израиль разве не возникло сначала в мыслях Герцля? — Ну... То государство... — А мироздание? Разве оно не появилось после того, как... — Хорошо-хорошо, — торопливо сказал я, не желая вступать с начальством в теологический спор. — Пусть так. Но какое все это имеет отношение к вредной для человечества деятельности Биллизарского института ксенофобии? |