Книга Бывший. Разрешение на любовь, страница 24 – Валери Овчинникова

— Камера стояла в машине напротив.

— Кристины?

— Автомобиль оформлен на информационное агентство. Владельца проверяют.

— Опять проверяете, хотя отстранились?

— Это касается слежки за должностным лицом.

— Очень удобно.

— Вера, я сейчас с трудом удерживаюсь от желания закрыть этот сайт, найти автора и объяснить ему правила приличия.

— Именно поэтому вы должны держаться подальше.

— Знаю.

В его голосе слышится злость. Сдержанная, тяжёлая. Раньше он уже поехал бы в редакцию. Сейчас остаётся в кабинете и передаёт моё дело чужим людям.

— Спасибо, — говорю я.

— За что?

— За комиссию.

— Она может вынести отрицательное решение.

— Значит, исправлю нарушения.

— Ты понимаешь, что Руднев будет давить?

— Пусть попробует.

Роман тихо усмехается.

— Моя фиалка научилась показывать зубы.

— Я давно не ваша.

— Это комиссия тоже решит?

— До свидания, господин мэр.

— Вера.

— Что?

— В статье тебя назвали моей любовницей.

— Я умею читать.

— Им придётся опубликовать опровержение.

— Слово вас задело?

— Меня задело, что они говорят о тебе как о женщине, которая получила бизнес через мою постель.

— Я сама знаю, чего стоит этот бизнес.

— А я заставлю узнать остальных.

Он отключается.

Через два дня комиссия приезжает в десять утра.

Электричество уже подключено. Печи работают, холодильники держат нужную температуру, вода больше не течёт. Мы с Дашей всю ночь готовили контрольную партию: эклеры, тарталетки, муссовые пирожные и фиалковые макароны.

Я надела светлое платье и жакет. Волосы собрала в низкий пучок. Никаких каблуков, глубоких вырезов и деталей, которые журналисты смогут назвать попыткой воздействовать на мужчин в комиссии.

Мужчин, впрочем, только двое. Председатель комиссии — сухая женщина лет шестидесяти по имени Тамара Леонидовна. Она представляется, показывает распоряжение и сразу просит доступ во все помещения.

Романа нет.

Я сама хотела этого, но всё равно несколько раз смотрю на дверь. Привыкла, что он появляется в нужный момент, берёт документы и заставляет остальных двигаться быстрее.

Сегодня защищать «Фиалку» предстоит мне.

Проверка идёт тщательно. Тамара Леонидовна сверяет маркировки на продуктах. Представитель санитарной службы измеряет температуру холодильников, проверяет мойки, контейнеры и журналы уборки. Архитектор осматривает фасад.

Отверстия заделаны правильно. Электричество оформлено. Проект веранды соответствует новым замерам.

К полудню я начинаю дышать свободнее.

— Покажите склад сухих продуктов, — просит санитарный инспектор.

Открываю дверь в небольшую комнату за цехом. Здесь стоят металлические стеллажи, закрытые контейнеры с мукой, сахаром и крахмалом. На каждом указаны дата вскрытия, срок хранения и номер накладной.

Инспектор надевает перчатки и проверяет контейнеры один за другим.

— Миндальная мука?

— Верхняя полка. Три упаковки закрытые, одна вскрыта вчера.

— Арахис используете?

— Нет. В меню есть десерты с фундуком, фисташкой и миндалём. Арахис исключила из технологических карт. На него чаще бывает тяжёлая реакция.

— В журнале аллергенов так и указано.

Он достаёт вскрытый пакет миндальной муки, осматривает заводскую маркировку, затем проводит тестовой полоской по порошку.

Полоска меняет цвет.

Инспектор хмурится и повторяет тест.

— Что-то не так? — спрашиваю я.