Книга Искатель 22, страница 113 – Сергей Шиленко

Взгляд заклинателя, устремлённый на меня поверх грязного кляпа, налился ненавистью.

На какое-то мгновение мне стало легче. Мерзкое чувство. Ненавидящий враг удобнее перепуганного старика: с ним проще не видеть человека, проще не думать о границах, проще позволить себе лишнее.

— Знаешь, что отличает по-настоящему опытного палача от рядового мясника? — философски поинтересовался я.

В глазах пленника на долю секунды мелькнуло сомнение, прежде чем ненависть вернулась на своё место.

— Ты, наверное, думаешь, что всё дело в отсутствии брезгливости? Или в больной изобретательности при причинении боли? Да, определённый неумолимый садизм в этой профессии обязателен, но ты ошибаешься.

Я неспешно вытащил из ножен охотничий нож. Лезвие хищно блеснуло в тусклом свете магического кристалла, и принялся лениво поддевать грязь под ногтями.

— Настоящего мастера пыток отличает сдержанность и железная выдержка. Его главная способность — причинять жертве постоянную, мучительную, сводящую с ума боль часами, днями, месяцами, даже иногда годами и не позволять ей умереть. Тянуть жилы до тех пор, пока человек не сломается окончательно, превратившись в пустую оболочку.

Я дёрнул рукой, «случайно» резанул острым лезвием по подушечке собственного мизинца и выругался, глядя, как из ранки выступает крупная капля крови.

— Чёрт, какой же я неуклюжий! Наверное, стоит позвать специалиста.

Повысил голос, обернувшись к двери:

— Шип, зайди-ка на минуту!

Моя спутница, Карина, откликающаяся теперь на это колючее имя, скользнула в комнату бесшумно и неотвратимо, как сама смерть, мрачная, сосредоточенная. Я молча выставил вперёд кровоточащий палец, она даже не моргнула, просто шевельнула губами, активируя слабую версию исцеляющего заклинания. Кожу приятно защипало, порез затянулся на глазах, не оставив даже шрама.

Я усмехнулся, стряхнув каплю запекшейся крови, и снова повернулся к Гулару.

— Вот теперь всё в полном порядке.

Ненависть и только-только зарождавшийся липкий страх старика сменились откровенным смятением. Он не понимал, к чему я веду.

Я же оживился, словно меня только что осенила гениальная идея, и щёлкнул пальцами.

— Слушай, Шип, у тебя ведь есть способность Восстановление плоти пятидесятого уровня. Скажи, если бы я, допустим, содрал с этого человека всю кожу заживо или сжёг её до мяса, ты бы смогла это залечить?

Карина-Шип одарила привязанного заклинателя ледяной полуулыбкой.

— Легко.

Гулар стремительно побледнел, его и без того серая кожа приобрела землистый оттенок.

— И его нервные окончания полностью восстановятся? — деловито уточнил я. — То есть я смогу повторить процедуру, и ему будет также чертовски больно, как и в первый раз?

Мой «скромный целитель» медленно кивнула, в её глазах плясали тёмные безжалостные огоньки.

Из-под кляпа пленника вырвался сдавленный, жалкий мычащий звук. Воздух в тесной камере мгновенно потяжелел от резкого кислого запаха, сиденье стула под Гуларом стремительно намокло, старик просто обмочился от ужаса.

Я проигнорировал лужу, не отрывая взгляда от целительницы. Мой голос стал глухим, резонирующим от внутренней ярости.

— Шип, кажется, какое-то время назад я публично озвучил, что именно сделаю, если когда-нибудь поймаю ублюдка, который обрушил метеорит на мой дом. Напомни-ка, что я сказал.