Книга Искатель 22, страница 6 – Сергей Шиленко

Эти слова, кажется, подействовали на принцессу сильнее любых клятв. Она глубоко вдохнула, словно впервые за вечер позволила себе расслабить плечи.

— Тогда я останусь, — произнесла Селисия. — Ненадолго. До портала. И если позволите… без протокола, без титулов, без постоянного страха сделать что-то «неподобающее».

— Без титулов так без титулов, — согласился я и поднялся ей навстречу. — Но с одним правилом: если тебе станет страшно или неприятно, ты скажешь об этом сразу. Союз, построенный на давлении, ничем не лучше цепей Консорциума.

Принцесса улыбнулась — дрогнувшей, но настоящей улыбкой.

— Вот теперь я верю, что вы действительно с ними воюете.

Она протянула мне руку. Я взял её осторожно, почти церемониально, и коснулся губами тонких пальцев. Селисия вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот, сама шагнула ближе, и между нами повисла тишина иного рода — не тяжёлая, как во время чтения отчётов, а хрупкая, наполненная ожиданием.

Лили негромко усмехнулась, но в её голосе не было ни ревности, ни насмешки.

— Я распоряжусь, чтобы нам не мешали, — сказала она. — И останусь в соседней комнате, если понадоблюсь. Иногда человеку легче быть смелым, когда он знает: за стеной есть тот, кто не даст миру снова рухнуть.

Селисия обернулась к ней.

— Спасибо, леди Лили.

— Просто Лили, — мягко поправила моя жена.

Когда дверь за Лили закрылась, я остался с принцессой наедине. Снаружи всё ещё тикали массивные часы, равнодушно отсчитывая минуты до открытия портала, но в комнате время будто замедлилось.

— Ты уверена? — спросил я ещё раз.

Селисия подняла подбородок. В её взгляде мелькнуло знакомое королевское упрямство, только теперь оно служило не маске, а желанию.

— Уверена. Я всю жизнь жила по правилам, написанным ради чужих интересов. Сегодня я впервые хочу сделать выбор сама.

Она сама коснулась моей груди ладонью, словно проверяя, настоящий ли я, и тихо рассмеялась, услышав, как сбилось моё дыхание. В этом смехе было столько облегчения, что вся прежняя игра во власть и расчёт на миг отступила.

Я наклонился и поцеловал её — медленно, без спешки, давая ей возможность остановить меня в любой момент. Селисия сначала застыла, но затем ответила, неумело, искренне, с той же отчаянной решимостью, с какой несколькими минутами раньше соглашалась бросить вызов Консорциуму.

Дальше вечер стал тише. Разговоры распались на короткие фразы, осторожные признания и паузы, в которых доверие говорило больше слов. Я не торопил её. Она не пыталась казаться опытнее, чем была. Мы оба понимали: эта близость не отменяет политики и не делает войну проще, но превращает наш союз из сухой сделки в живую связь.

Остальное осталось за плотно задёрнутыми шторами, в мягком полумраке комнаты, где принцесса Харалдара впервые позволила себе быть не символом короны, а женщиной, выбирающей собственную сторону.

Когда спустя несколько часов Лили вернулась, Селисия сидела у окна, закутавшись в лёгкий дорожный плащ, с усталым, но удивительно ясным лицом. На столе перед ней лежали аккуратно сложенные бумаги, рядом остывал чай. В её облике не было прежней растерянности: только тихая сосредоточенность человека, который переступил невидимую границу и уже не собирался возвращаться назад.

— Три дня, — сказала она, не дожидаясь вопроса. — Я сделаю копию Списка и принесу её сюда. А вы за это время решите, как безопасно показать мне спасённых и какие доказательства можно передать так, чтобы не погубить ваших людей.