Книга Виновница судьбы, страница 126 – Анастасия Чехова

— Не двигайся. Я рядом.

Я хотела сказать, что не нужно, что я доеду сама, что я взрослая и справлюсь. Но вместо этого просто выдохнула:

— Хорошо.

Минут через семь я увидела его машину. Александр вышел быстро, но без суеты. На нём была светлая рубашка, слегка смятая у локтей, и тёмные джинсы. Он подошёл ко мне и остановился в шаге, внимательно всматриваясь в лицо.

— Можно? — спросил он тихо.

Я только кивнула.

И тогда он просто раскрыл руки.

Без лишних слов я шагнула к нему сама. Его объятия были тёплыми, крепкими, но не сжимающими. От него пахло чем-то чистым, древесным, и это ощущение — его ладони на моей спине, щека у моего виска, ровное дыхание — вдруг резко сбило весь внутренний звон. Я не расплакалась. Но тело наконец позволило себе перестать держаться.

— Ты молодец, — сказал он мне в волосы. — Слышишь? Ты очень хорошо справилась.

У меня дрогнули губы.

— Я устала быть сильной в таких разговорах.

Он чуть отстранился, только чтобы посмотреть мне в глаза.

— Тогда не будь сильной сейчас. Просто побудь рядом со мной.

От этих слов в груди болезненно и сладко сжалось. Без надрыва. Без страха. Просто от того, как правильно они легли в меня.

— Поехали? — спросил он.

— Куда?

— Куда скажешь. Можем просто сесть в машину и покататься. Можем поехать за чаем. Можем молчать.

Я посмотрела на него и впервые за день почувствовала, как внутри не просто отпускает — а возвращается вкус жизни.

— Чай, — сказала я. — И молчание на пару минут. А потом я, возможно, начну говорить слишком много.

Уголки его губ поднялись.

— Договорились.

Он открыл для меня дверь, и я села в машину, чувствуя, как этот день — тяжёлый, рваный, полный взрослых узлов — вдруг получает совершенно другой конец.

Не про Дэвида и не про борьбу.

А про то, что рядом со мной теперь есть человек, рядом с которым я не рассыпаюсь после боли, а собираюсь обратно.

И именно это было новым витком.

Не внешним.

Внутренним.

В машине воцарилась спокойная тишина. Я смотрела в окно на вечерний город: светящиеся витрины, редкие фонари и дождливые огни светофоров. Город жил своей жизнью, а мне наконец становилось легче

Я держала в руках бумажный стакан с чаем, который Александр купил в маленькой кофейне по дороге. От крышки поднимался пар с запахом бергамота и мёда.

Александр не торопил меня. Одной рукой он держал руль, другой иногда переключал передачи, и я ловила себя на том, что смотрю на его кисть — спокойную, уверенную, без лишней резкости в движениях. Всё в нём сейчас действовало на меня почти расслабляюще. После разговора с Дэвидом это ощущалось особенно остро.

— Уже чуть легче, — произнесла я наконец, не отрывая взгляда от окна.

— Хорошо, — он кивнул и улыбнулся в ответ.

Я слегка улыбнулась.

— Ты умеешь не лезть с правильными словами в тот момент, когда они не нужны.

— Это комплимент?

Я повернула к нему голову. В полумраке салона его профиль выглядел особенно чётким: линия носа, напряжённая, но мягкая челюсть, тень от ресниц.

— Очень.

Он коротко улыбнулся, но ничего не ответил.

Мы остановились у набережной. Здесь в такое время уже было меньше людей: только редкие пары, несколько бегунов и кто-то, сидящий у воды с наушниками. Ветер с залива стал прохладнее, забирался под одежду, касался шеи и щёк, отрезвляя окончательно.