Книга Виновница судьбы, страница 30 – Анастасия Чехова

От этого я только усмехнулась, стараясь внутри собраться с мыслями, чтобы поведать ей всё — ком в горле сжался, слёзы жгли глаза, но я сглотнула: внутри была такая усталость, как будто каждый день — борьба с невидимым врагом, пустота разъедала душу, оставляя только эхо боли, и рассказ казался способом выплеснуть это, но и страхом открыть рану заново.

Я начала с истории о том, как пришлось ехать к родителям Дэвида и что там был Кристиан, Стелла пребывала в полном шоке — рот у неё открылся на моменте, что этот мудак женится, глаза расширились, вилка замерла в воздухе. Она только через зубы сказала: — Какая же он тварь, — девушка явно негодовала на моменте, когда он высказывал за столом, кто я, её кулак сжался, костяшки побелели, голос дрожал от злости.

Я в своем оправдание сказала, что у меня не было ресурсов как-то отвечать на его трёп, меня просто выбило из колеи его появление — внутри вспыхнула та же боль, как укол, заставляя ладони вспотеть. Так же поведала, что Дэвид заступился за меня, на это последовала реакция: — Как неожиданно, — она пила свой напиток, жидкость булькнула в бокале.

После я добавила, что пыталась его удержать, но он всё холодно оборвал. Стелла хотела меня огреть чем-нибудь за мой поступок — её глаза вспыхнули, — она была зла на меня, голос повысился, эхом отозвавшись. Но потом я перешла к вчерашней истории, от которой мне было неприятно — слова жгли горло, как кислота, углубляя состояние: внутри всё корчилось от стыда и пустоты, как после падения в пропасть, где эхо моих ошибок отдавалось бесконечно.

— Я в шоке, — подруга сидела с большими глазами и открытым ртом, мне казалось, она даже забыла, как разговаривать, дыхание замерло. — Дорогая, да ты в полной жопе, — я убрала от неё взгляд, чувствуя жар в щеках.

Она по-сестрински меня отчитывала — голос строгий, но заботливый, руки жестикулировали, воздух рассекая с лёгким свистом, — что я такая безрассудная, что если бы он мог меня убить или похитить, но потом Стелла встала и обняла меня, так крепко — её руки тёплые, обволакивающие, успокаивающий, — мои слёзы накапали на её красивое красное платье, ткань впитывала их, оставляя мокрые пятна, и я всхлипывала, тело дрожало от рыданий.

— Надо что-то менять, нельзя так больше, ты меня слышишь? — она шептала мне, дыхание тёплое на ухе, а я только кивала, мои плачи дрожали, слёзы жгли щёки. — Пулей чтобы шла к психологу, я не хочу потом увидеть тебя в петле или с перерезанными руками в ванне, — я отстранилась от неё, слова ударили, как пощёчина, внутри всё сжалось.

— У меня дочь, я бы до такого не дошла... — в горле стоял ком, голос сорвался, слёзы снова хлынули.

— Знаешь, мне кажется, тебя бы это не остановило, раз ты пошла спать с тем, кого даже не знаешь, — я опустила виновато глаза, чувствуя, как пол уходит из-под ног, и она снова обняла, её тепло проникло в мою холодную душу.

На телефон пришло сообщение — экран загорелся с тихим вибрацией, текст мигал, — что Эмили направляется домой; мы немного еще поговорили с подругой на отвлечённые темы, и потом она завезла меня домой, машина урчала мягко, салон пропитан её парфюмом.

— Жду от тебя новостей, — сказала она это с заботой, голос мягкий, обволакивающий, я кивнула и захлопнула дверь в машине — металл хлопнул глухо, она уехала в даль, фары мелькнули в темноте.