Книга Виновница судьбы, страница 50 – Анастасия Чехова

— Любимый, я пойду, встретимся после, — она начала вставать, её рыжие волосы слегка прыгали, так как были завиты в мягкие волны, от которых веяло лёгким ароматом парфюмированного шампуня. Она была среднего телосложения, не худая, с мягкими изгибами, одета в длинный чёрный свитер, под ним виднелись короткие шорты, красные колготки, облегающие ноги, и громоздкие сапоги на ногах, которые стучали по деревянному полу с глухим эхом.

Он помог одеть девушке дублёнку — его руки скользнули по её плечам нежно, слишком нежно для моих глаз, — и девушка его поцеловала, смотря на меня краем глаза, её губы прижались к его с лёгким чмоканьем, которое резануло по ушам. Я же закатила глаза и села, дабы не видеть эту показушность, чувствуя, как внутри всё сжимается — ревность жгла, как кислота, разливающаяся по венам, а сердце колотилось неровно, напоминая о той страсти, что до сих пор тлела между нами, но теперь была отравлена годами боли.

Когда она окончательно ушла, её каблуки удалялись эхом по паркету, оставляя после себя лёгкий шлейф духов — сладкий, приторный, — я подала голос: — Я так понимаю, это твоя особа, — губы скривились в гримасе, а внутри шевельнулась тоска, смешанная с гневом.

— Да, я думал, вы не пересечётесь, но не уследил за временем, — он смотрел на меня, его взгляд пронизывал, как всегда, но теперь в нём была и усталость, как будто наша связь изматывала его не меньше.

— Хотела уже ругаться, что опять всё делаешь мне наперекор, — я прищурилась, рассматривая мужчину: его волосы были слегка растрёпаны, щетина отливала тенью на челюсти, а под глазами залегли лёгкие круги — он выглядел зрелым, привлекательным, и это только усиливало притяжение, которое я пыталась подавить, но внутри сигналы вспыхивали: ревность жгла, задевая старые раны, напоминая о тех ночах, когда его прикосновения были моим миром.

— Давай сегодня обойдёмся без этого, пожалуйста, — он зачем-то потянулся дотронуться до моей руки, которая лежала на столе, его пальцы почти коснулись кожи, обещая знакомое тепло, но я убрала её, не давая даже почувствовать его прикосновение — внутри вспыхнул страх смешаться с желанием, и повисло неловкое напряжение, густое, как туман за окном, где воздух в кафе вдруг стал душным, пропитанным нашей невысказанной боли.

— Я разрешу Эмили приходить к тебе на выходные, если твоей подружки не будет рядом. Делайте пожалуйста разные вещи не на виду у нашего ребёнка, — в груди отдавала некая боль от своих же слов, острая, как игла, прокалывающая сердце, — я сжала руку, которая была под столом, ногти впились в ладонь, оставляя лёгкие следы, стараясь сконцентрироваться на дыхании, чтобы не дать ревности вырваться наружу.

— Хорошо, — его голос звучал спокойно, и я удивилась его быстрому решению, внутри мелькнула надежда, смешанная с подозрением.

— А что это ты так быстро согласился? Как же со мной поспорить? — я подняла бровь, голос вышел саркастичным, но под ним скрывалась уязвимость.

— Лэйн, давай не будем. Хочу мира — не тебе, не мне и даже нашей дочери нелегко, — я отвернулась, чтобы не видеть его взгляд, который всегда читал меня насквозь, вызывая волну тепла в животе, смешанную с гневом. — Прости меня за недавний срыв, я не должен был переходить так черту. Я никак себя не оправдываю, да, из-за ситуации с Эмили и что она не так часто будет со мной рядом, я взбесился, взбесился ещё из-за твоих игноров, а это я не люблю, и ты знаешь.