Книга Беглая жена бандита, страница 45 – Даша Черничная

— Какое, к черту, свидание? Я ненавижу свидания!

— А то я не знаю. А я ненавижу покупать тебе таблетки контрацепции. Так что, Исаева, один-один.

Выпроваживает меня за дверь, а я сжимаю в кармане невыпитую таблетку.

Вита

После окончания рабочего дня мы собираемся в «Сахарной комнате» — кондитерской Ларисы.

Весь день я была загружена, поэтому спокойно обдумать происходящее в моей жизни не было возможности.

Теперь же, сидя в кондитерской, девочки закидывают меня вопросами, на которые у меня нет ответа.

— Вы поговорили нормально?

— Что вы решили?

— Вы теперь живете вместе?

— Он будет жить у тебя или ты у него?

— Вы же не вернетесь в Москву?

— Будешь менять свой паспорт на старый?

От вопросов голова идет кругом, и я машу руками перед лицами подруг:

— Молю, остановите эту пулеметную очередь из вопросов! Я еще ничего не знаю!

Лариса и Лида переглядываются.

Лида придвигается ко мне:

— Так. Давай по порядку. Вы помирились?

Я закусываю губу и молчу.

Лариса беззлобно фыркает и закатывает глаза:

— Лида, глянь на ее шею — она вся в засосах! Естественно, они помирились.

Краснею и пытаюсь не растянуть губы в улыбке.

Девочки переглядываются, смотрят друг на друга так, будто все про меня поняли.

— Мы вроде как помирились, — согласно киваю.

— Вроде — это как? — спрашивает Лида. — Помирились на полшишечки?

— Да ты посмотри на ее красное лицо, там точно было не на полшишечки! — подливает масла в огонь Лариса.

Я качаю головой:

— Ты стала такой пошлячкой со своим Шуваловым.

— Это факт, — соглашается. — От Ермолая чего только не наберешься. Так, значит, вы теперь вместе?

— Все сложно. Но кажется, когда я вернусь домой, там будут вещи Свята.

— Само собой, будут. Как он тебя вообще выпустил из квартиры?

— Думаю, услышал мои слова о том, что я больше не хочу жить в золотой клетке.

— А ты жила в золотой клетке? — тихо спрашивает Лариса.

— Да. Туда не ходи, сюда нельзя. Работать — нет. К подругам — нет, пусть они приезжают к тебе. И так далее, и тому подобное.

Лариса округляет глаза:

— Святослав совсем не похож на домашнего тирана.

— Он и не был домашним тираном, — качаю головой. — Он был перестраховщиком. У них с Абросимовым начались проблемы, и Свят боялся, что они скажутся на мне. Что, в принципе, и случилось.

— Не уберег, получается? — тихо спрашивает Лида.

— Не только меня.

— С тобой был еще кто-то?

Опускаю взгляд на свои руки. Девочки не знают всей правды, я не рассказывала.

— Водитель?

— Нет. Я была беременна.

Лариса ахает и прикрывает ладонью рот. Лида машинально кладет руку на большой живот, бездумно пытаясь защитить своего ребенка от невидимого врага.

— Срок был маленький — два месяца, — усмехаюсь печально. — У меня даже живот вырасти не успел. Ребенок был со мной недолго, но его потеря оказалась слишком тяжелой для меня. Я винила во всем Свята. А потом и вовсе осталась одна — снова закрыта в клетке, только теперь уже один на один со своей болью.

— Муж не поддержал тебя? — неверяще спрашивает Лида.

— Он пытался, но гонялся по всему городу за виновными в той аварии. Его не было целыми днями, приезжал он только вечером. Пытался поддержать меня, поговорить, обнять, но я не подпускала его. Он чувствовал себя виновным в случившемся, в том, что разрывается и не может быть со мной рядом весь день. Через две недели он вернулся в пустую квартиру. Друг отца сделал мне два паспорта на разные фамилии, и я уехала куда глаза глядят.