Книга Ты. Вышла. Замуж, страница 103 – Виктория Волкова

дороги. Это тоже никто не отменял. Но ради Лики я готов образумиться. Нет. Не так. Ради жены

я готов на все, — заверяю совершенно спокойно.

Я давно все обдумал. За неделю без жены расставил приоритеты. Не могу я без нее, хоть

тресни!

— Лика, ты с нами? — спрашивает Надя в дверях, и три пары глаз смотрят на нее удивленно.

Ну, типа, ты нашла что спросить.

— Нет, бабуль. Спокойной ночи. Я останусь с Таиром. Нам многое надо обсудить, — робко

откликается жена, поднимаясь из кресла.

Сердце екает от неизвестности. А вдруг она меня не простила? Вдруг не любит…

Я снова очкую, как час назад на палубе. Только сейчас еще страшнее. Тогда я рассчитывал

только на себя. А теперь все зависит от Лики.

Простит, или нет? И как жить дальше? Так и инфаркт заработать можно.

— Что скажешь, душа моя? — проводив родню, усаживаю рядом. — Мы вместе? Дашь нам шанс?

Выйдешь за меня? Официально. Чтобы ни одна собака сутулая не могла усомниться в нашем браке…

— Я долго думала, Таир. Но положение безвыходное, — смотрит она на меня печально. — Я люблю

тебя. Но жить в Казанской я не смогу. Понимаешь?

— Почему? — вскидываюсь я.

Нет. Я знаю ответ. Моя родня сильно обидела Анжелику. И вернуться туда — дать понять что

простила всех и вся. Но я и сам их не простил. Ни мать, ни Альму. Устроили мне ад на пустом

месте. Что доказывали? Чего хотели?

Вороны надоедливые. Из-за них я чуть не потерял Лику. Да и не место ей в Казанской. Ей

учиться нужно. Может быть в консерваторию поступить. И я приложу все силы. Только бы

простила меня…

— Я хочу жить с тобой. Хочу учиться. Петь хочу. Ходить с тобой по театрам и музеям. Жить

ярко. Любить друг друга, а не копаться в сплетнях и выяснять, кто что сказал. Не косится на

твоих вечно недовольных родственников, — выпаливает она после небольшой паузы.

— Твои тоже хороши, — бурчу себе под нос. — Чуть не довели меня до инфаркта. Увезли тебя…

— Ты тоже хорош, — припечатывает жена взглядом.

Та еще штучка. С ней не соскучишься. Но я по любому готов. Выбрал ее. И жить хочу только с

ней.

— Москва, Питер, Стамбул? Выбирай, моя дорогая, — обнимаю ее. Целую порывисто. Сначала в

шею, потом в висок. Сминаю губы в нежном поцелуе. Как школьник, дорвавшийся до любимой

девочки, даже дышать перестаю.

— Я бы переехала в Москву, — замечает жена робко. — Там хорошая вокальная школа…

— Значит, договорились. Только в шоубиз не пущу, — добавляю сварливо.

— Я не хочу туда. Мне нравится опера, — перебивает шутливо Лика.

— Значит, опера, — подытоживаю, хватая ее на руки, кружу по каюте.

— Девочка моя любимая, как же я скучал. Извелся весь, — падаю вместе с женой на кровать. –

Целую лицо, в висок, в ключицу. — Ты меня любишь? Только скажи, — ловлю мерцающий блик

изумрудной сережки.

Любит. Знаю. Вон, и золото мое надела. Дала понять, как я ей небезразличен. Но все равно

хочу уточнить. Слышать ее голос хочу.

— Я люблю тебя, — прижимается ко мне Лика. — Очень люблю. Только ты больше не обижай меня

своим недоверием. Ладно? — вытаскивает рубашку из брюк.

— А ты больше никогда не подписывай всякую хрень, не читая, — целую в ложбинку,

открывающуюся в декольте.

— Не подпишу. Только будь всегда рядом, — просит она со вздохом.

— Да я теперь от тебя ближайшие сто лет не отойду. Гарантирую, — признаюсь как на духу и