Книга Ты. Вышла. Замуж, страница 54 – Виктория Волкова

из кармана конверт. — Давай забудем прежние недомолвки и печальные моменты и будем жить в

мире…

— А эти нелюди? Сбежали? — роняю сухо. Начисто игнорирую конверт в протянутой руке.

— Сидят в СИЗО. Им реальные сроки светят, Таир, — снова улыбается Зейн. — Я их всех сдал.

Никого не пощадил. Даже Курлова… Хотя он мне большие бабки втюхивал.

«А вот это поворот», — усмехаюсь мысленно. Зейн ловко воспользовался ситуацией. И

друзей-конкурентов отправил в нокдаун. И моей поддержкой решил заручиться. Чисто сработал.

Ни одна падла не подкопается.

— Хорошо, — забираю конверт. Тут же передаю его Ильясу.

— Поклон твоей жене и мое к ней уважение, — тихо заявляет Зейн. Немного склоняет голову.

— Моя суженая ни в чем не нуждается, — улыбаюсь я бывшему врагу, но еще не другу. — Она

девушка с большим сердцем. Много помогает больным и обездоленным…

— Так это же хорошо, брат, — совершенно искренне кивает Зейн. — Значит, деньги пойдут на

благое дело. И хоть кто-то замолвит за меня словечко перед Аллахом, — поднимает он глаза к

небу лишь на секунду. А потом порывисто протягивает мне руку.

Пожимаю в ответ. Прощаюсь. Спешу к дому. И вижу в окне тень. Знаю точно, кто прячется за

шторами в холле второго этажа. И меня подрывает. Взбегаю на крыльцо, быстрым шагом пересекаю

гостиную. Во все глаза смотрю на бегущую вниз Анжелику.

В платке, в длинном свадебном платье, но босиком… И когда разуться успела?

— Так нельзя, Лика… Не положено… Ты зачем к Таиру побежала? Да еще босиком. Стыд-то какой!

— доносятся до меня увещевания Тамары.

Торможу. Надо бы спуститься вниз. Мы с Анжеликой нарушили все мыслимые и немыслимые табу и

законы.

Отнес ее наверх, в спальню. Передал родственницам. И теперь надо спуститься вниз. Уйти.

Уехать из дома на час. Дать жене время подготовиться. И только потом вернуться, подняться к

себе. Предъявить права.

Но ноги сами прилипают к полу.

Прислушиваюсь к бабьему трепу. Хотя что там я надеюсь услышать?

— Любит она его… Вот и побежала! — звонко восклицает Надежда. А Лика моя молчит.

— Правда, любишь? — уточняет Луиза.

Все-то ей надо! Я и спросить боюсь. Не надеюсь пока ни на что.

А в ответ тишина. Моя жена не произносит ни слова. Раздумывает? Или говорит что-то еле

слышно?

— Таир? — окликает меня Ильяс снизу лестницы.

Мотаю головой, заставляя заткнуться.

А фиг вам. Меня теперь и с места не сдвинешь.

«Ну же, Анжелика, скажи», — замираю как мальчишка. Превращаюсь в слух, пытаясь разобрать, о

чем говорят у нас в апартаментах.

— Наверное, — негромко восклицает моя молодая жена.

Наверное! Твою ж мать…

По башке бьет, словно бейсбольной битой приложили.

Круто разворачиваюсь, иду назад.

— Таир, — взбегает следом Ильяс. — Марсель Амирханов звонил… Хочет назначить встречу.

— На следующий вторник поставь, — роняю мимоходом. Сегодня пятница. Хочется пару дней

побыть с Ликой, а потом по любому надо будет вернуться к делам.

Сворачиваю к себе в апартаменты. Но стоит только сделать шаг, как в коридор выглядывает

Луиза.

— Таир… Ты почему здесь? — смотрит на меня с превосходством, как когда-то в детстве.

— А где мне быть? Я у себя дома, — пожимаю плечами.

Луиза тушуется, но все так же смотрит на меня с изумленным возмущением.

— Хочу забрать Лику, — словно куклу, отодвигаю младшую тетку в сторону.