Книга Ты. Вышла. Замуж, страница 7 – Виктория Волкова

бессилия. Если Таир что-то решил, никто не в праве спорить. У нас одно право — выполнять.

— Аиша и Мара, — пожимает плечами. И я выдыхаю. Обеих знаю. Мара — экономка в доме Таира, а

Аиша — горничная. Хорошие добрые женщины.

— Но я на тебя посмотрел, — глумится он и добавляет задумчиво. — Ты красивая, Лика. Копия

моей Сабрины.

— Да пошел ты! — швыряю в него подушкой. — Отпусти меня! Слышишь?

— Завтра приедет доктор и осмотрит тебя, — заявляет Таир, как ни в чем не бывало. — И тогда

я приму решение. Но если ты продолжишь свое выступление, могу и передумать. Ильяс или за

Андрюха с удовольствием на тебе женятся.

— Неет! Я не хочу! — кричу в голос. — Я тебе не кукла. Ты не имеешь права выдавать меня за

каких-то левых незнакомых мужиков!

— Ильяса ты знаешь. Андрея тоже, — Таир слегка касается кожи под глазом. — Андрей вчера

тебя спас. Вот и будет ему благодарность. Со мной породнится, — усмехается Таир.

— Ты не посмеешь, — шепчу я в ужасе. Утыкаюсь носом в подушку и слышу тихий голос

Адербиева.

— Здесь распоряжаюсь только я. Привыкай, Лика. Я буду в соседней комнате. А завтра приду к

тебе. Отдыхай.

— Ненавижу тебя! Как же я тебя ненавижу! — всхлипываю горько.

— Тебе придется поменять свое мнение, — выходит из спальни Таир. — И не вздумай сбежать. Не

усугубляй свое и так шаткое положение.

— А в туалет мне можно сходить? — спрашиваю с вызовом.

Гостевой был расположен почти у самой двери. Только бы добраться до нее. Выскочить.

Сбежать…

— Да, конечно, — распахивает дверь мой мучитель. — Вон дверь, — кивает куда-то в проем. –

Иди. Там задвижки нет. Но тебя никто не побеспокоит. Мы с тобой тут одни, — улыбается он и

уходит прочь.

А я, с трудом поднявшись, тяжело припадаю на ногу. Выхожу в большой светлый кабинет. Мажу

взглядом по огромному письменному столу, заваленному бумагами, по двум мониторам, стоящим на

столе. И только сейчас понимаю, куда попала. В святая святых империи Таира Адербиева, где

каждая бумажка на миллион.

— Ты — редкий урод, — заявляю, входя в туалет. Захлопываю за собой дверь.

— Придется поучить тебя хорошим манерам, драная кошка, — несется вслед.

— Ты бы себя поучил, — бурчу себе под нос. Подхожу к раковине. Смотрюсь в огромное зеркало,

вмонтированное в белоснежный мрамор. И только сейчас до меня доходит.

Мой любимый дедушка отдал меня Таиру. И теперь у меня нет ни дома, ни семьи. Только клетка.

Умывшись, бесцельно брожу по ванной комнате. Как в музее рассматриваю стены из черного

мрамора с золотыми прожилками. Провожу пальцем по бронзовому крану, а потом касаюсь ладонью

белоснежной раковины из цельного мрамора.

Около огромного панорамного окна вровень с полом вмонтирована огромная черная ванна. Судя

по пульту рядом, там еще и все плюшки джакузи имеются.

Подхожу поближе, заглядываю в сухое черное чрево гигантской чаши и вздрагиваю. Представляю,

как тут резвится Адербиев со своими телками. Ванна огромная — целый колхоз поместится.

Перед глазами бегут гадкие картинки. Таир и его куклы! Они хохочут и плещутся в воде, а мой

опекун, положив голову на бортик, лениво за ними наблюдает.

Зла не хватает!

От ярости стучит в висках и где-то в сердце. В глазах темнеет. Кулаки сжимаются от

бессилия. Зачем я ему? Наверняка есть подружка, и не одна.