Книга Первый из пяти, страница 40 – Виктория Волкова

Когда рассаживались по коням, и я усадил Лея в свое седло, он погладил тонкими пальцами рыжую гриву Турна, моего коня, и прошептал:

— Иии, мой хороший.

Принс, уже сидевший верхом на Окке, тоже потомке Брума, посмотрел с улыбкой на Лея, явно довольный увиденным. Похоже, ему начинал нравиться маленький князь.

Гора встретила нас безмолвием. Ни одного человека поблизости. Никто не молился и не приносил жертвы. Мне стало не по себе, когда я подумал, что случилось бы со всеми нами, если бы Крэн, в минуту отчаяния или безумия, принес Ирриче в жертву. Я бы даже не узнал, что могу быть счастлив, заключив контракт. Лаасе осталась бы одинокой девицей, а Крэн…

Я представил, как вот так же в сумерках он сидел на вершине горы. О чем думал Крэн, оставалось только догадываться, ибо эта ночь в жизни сенатора Брао так и осталась тайной. Для всех, кроме Альмы. Альма! Как же я сразу не догадался?

Я повернулся к своим спутникам. Лей осторожно передвигался по базальтовой поверхности, постукивал ногой, словно прислушивался к чему-то. А Принс стоял около самого края и глядел по сторонам.

— Смотри, – он взмахнул рукой, – эта пирамида обращена гранью к городу, а заднюю стену не видно ни с какой стороны. Если предположить, что она отодвигается, то ночью корабль может беспрепятственно вылетать прямо у нас под носом. И никто ничего не заметит.

— А как же радары? – поинтересовался я, все еще не веря, что мы нашли ангар.

— Скорее всего, кто-то из заговорщиков работает в республиканской гвардии и передает коды. Даже когда отец летит на своем рутьере, наземные службы слежения запрашивают у него пароли.

— Твой отец или Альма ничего не говорили о той ночи?

Принс сразу понял, о какой ночи идет речь. Гримаса боли исказила его лицо

— Мне до сих пор страшно вспоминать о том дне, – тихо сказал он. – Но ни отец, ни Альма словом не обмолвились.

— Если они провели тут всю ночь, то могли что-то видеть.

— Отец сидел на самом верху и истово молился, а Альма уснула на ступеньках. Это все, что я знаю, – пробормотал Принс. – Ты думаешь, она что-то увидела?

— Или кого-то? Например, Барта Дина…

— Внутри пустота, – прохрипел Лей.

— Это бывший вулкан, – начал объяснять Принс. – Скорее всего, в кратере и хранится «Аквамбус».

— А у вас никакая наша летающая тарелка не завалялась? – небрежно уточнил я у Лея.

Он дернул худым плечиком.

— Завалялась? Ты шутишь, Матео? До сих пор существует легенда о том, как корабль чужеземцев потерпел крушение. Все живое, что находилось внутри, попало к моему деду на опыты. А сама посудина долго валялась в долине, пока бабка не продала ее фрагганам. Там внутри что-то происходит. Я чувствую движение, – проговорил Лей и притопнул ногой. – Человек пять. Вооружены.

— Давайте нанесем им визит, – предложил я. – Лей? – обратился я к князю стреттов. Молча. Не проронив ни звука.

Мой маленький стретт кивнул, соглашаясь.

— В какие игры вы играете? – удивился Принс.

— Если кратко, то в результате опытов Мойна, старого князя, мы с Леем стали словно однояйцевые близнецы. Старик, видать, что-то предвидел, и приложил немало усилий, чтобы Лей смог диктовать мне свою волю. Но он ошибся, когда скрещивал наши ДНК. Получилась сильная связь, как у близнецов. Мы чувствуем друг друга и можем говорить без слов. Ну и у меня появились небольшие способности к телекинезу.