Книга Блонди и Медведь, страница 33 – Виктория Волкова

— А я и так знаю! – обнимает Захара ребенок. – Мне бабушка Алиса рассказывала. Давным-давно люди и волки заключили перемирие. Человек взял к себе собаку, а волку досталась…

— Вольная воля, - хором заканчивают все Беровы.

— Миш, поторопи брата, где он застрял? – глухо рычит Лука. И морщится, когда дверь с шумом раскрывается.

— Что тут у вас происходит? – замирает на пороге Алиса. К ее ноге жмется Потап, а рядом уже скачет неугомонный Мишка.

— Вот, Алиса Михайловна, - официально заявляет Лука. – Проводим репозицию кости отдельному представителю класса псовых, подвид волк обыкновенный, сильно обнаглевший. Бинт принесли?

— Да, вот, - протягивает Алиса и непонимающе смотрит на внуков. – А я могу поинтересоваться? С какой целью?

— Поселим у нас в живом уголке. Будем детям и нервным дамочкам показывать, - в сердцах бросает Захар и, поднявшись на ноги, быстро выходит из сарая. И в этот момент мне хочется раздвоиться. Одна часть побежала бы за младшим Беровым, а вторая – осталась бы со старшим.

Но я упрямо продолжаю стоять на коленях рядом с Лукой и держать волка за густую и жесткую холку.

«Нехорошо получилось, - размышляю расстроенно. – Захар на меня обиделся. Но с какой стати? – пыхчу мысленно и добавляю раздраженно. – На обиженных воду возят. И вообще мне никто не нужен из Беровых!»

— Дай-ка я, - перехватывает у внука инициативу Алиса. – Держи шины, - указывает на лапу, со всех сторон обложенную палками. Ловко бинтует, а волк рычит. – Поговори тут у меня, - щелкает пальцами по носу. – Еще скажи спасибо, что живой. Не по закону, но ты сам виноват, Грэй…

— Вы его знаете? – удивленно охаю как сова.

— Да он у меня и у соседей вечно кур крадет.

— Он больше не будет… - выдыхаю как маленькая.

— Конечно, не будет, - смеется Алиса. – На трех лапах не поохотишься.

А вот мне не смешно. Ясен пень, это она поставила в сарае капкан. Мерзкая бабка!

Снова хлопает дощатая дверь сарая.

Возвращается Захар с постилкой и ограждением вольера.

— Вот, Лука, устраивай зверя, - стелет старое толстое одеяло возле верстака. Как раз в том месте, где и прятался Серый. И поворачивается ко мне. – Ты хотела вернуться в отель, Милена? - в голосе сквозят отстраненность и холодность. – Поехали, отвезу.

«Хотела, но уже передумала!» – чуть не слетает с языка. Мешкаю. Жду, когда Алиса пригласит попить чаю с оладьями. Но старуха молчит, озабоченно перевязывая лапу.

И Лука даже не смотрит в мою сторону. Не просит помочь.

— Да, конечно, - отпустив волка, поднимаюсь на ноги. – Отвези, пожалуйста. Я устала. Хочу отдохнуть.

— Хорошо, едем, – как только я выхожу на крыльцо, недовольно крякает Захар. Задумчиво роется в кармане широких лыжных штанов, достает ключи от автомобиля и тянет меня за руку.

— Пойдем…

А за сараем на расчищенной площадке стоит намытый черный Хамер. Захар щелкает деловито брелоком. И агрессивная огромная тачка подмигивает ему фарами.

Беров даже не оглянувшись идет к машине. Холодный ощетинившийся и совершенно чужой.

Вот скажите, пожалуйста, в чем я провинилась? Жена я ему, что ли? Или невеста? Да мы почти незнакомы. И нечего вести себя, будто двадцать лет в браке!

«Интересно, а какой он в семье? Наверняка добрый, заботливый и… теплый», – тоскливо пялюсь на широкую спину. По телу сразу бегут мурашки. А сердце ноет…Чувство такое странное, будто я потеряла что-то.