Книга Блонди и Медведь, страница 83 – Виктория Волкова

— Нет. Не могу. Я люблю Захара. Когда любят, не обманывают, – мотаю я головой и чуть не реву от отчаяния.

— Тогда пусть будет твоим приданным, – утирает слезы с моего лица Вадим. – Что-то ты плаксивая стала, Миленка. Может, уже медвежонка ждешь? – смеется он, а меня словно сваей по голове ударяет.

Беременна?! Не может быть!

— Скажешь тоже, – фыркаю я, мечтая поскорее купить тест в аптеке и подняться в номер.

— Если что-то надо, звони. Надеюсь, мы расстаемся друзьями. Не держи на меня зла. Нам с тобой было хорошо, – совершенно серьезно изрекает Вадим. Собирается сказать еще что-то, как от двери раздается грозный окрик.

— Отойди от нее, Фалькон. Милена, иди сюда. Быстро.

— Долбонавт, – морщится Вадим, отступая в сторону.

— Никому не двигаться! – грозно приказывает Захар, собственнически притягивая меня к себе. – Какого ты приперся, Фалькон? Тебя сюда никто не звал…

— Ну почему же? – откашливается тот. – Милена решила вернуть мне машину.

— Забирай свою тачку и проваливай. Сейчас ее подгонят к крыльцу. Больше тебе тут делать нечего. Эта женщина моя! – выдыхает гневно Захар.

Ведет себя как первобытный человек! Сейчас закинет меня на плечо и потянет к себе в берлогу!

— Ты просто неандерталец какой-то! – шипит Блонди, как только я ее втягиваю в наши апартаменты.

— Я? – выдыхаю гневно. И даже не пытаюсь сдержать эмоции. Даже говорить не хочу, какого страха натерпелся. Каково это – узнать, что Фалькон нагло пьет кофе у нас в баре, к нему на всех скоростях бежит радостная Блонди, а в номере уже стоит готовый собранный чемодан. Да я чуть не сдох от ее вероломства! Это ж надо!

Выдурила перстень, и на выход! И я хорош. Верил же в ее россказни. Люблю-не могу. Да и как тут не поверишь, если она нежной кошечкой ко мне ластилась. А оказалась лиса бешеная. Покусала, зараза, до сих пор в себя прийти не могу.

Люблю ее. Себе на погибель люблю.

— Отпусти меня сейчас же, – вырывается Блонди. Ставит локоть между нами.

— Я все понял. Ты хотела уехать с ним, – сгребаю в охапку. – И чемоданчик уже собрала, да? Ишь, как торопилась со мной поссориться. Алиса тебе виновата.

— Дурак, ты Беров, – в сердцах заявляет она и неожиданно резко бьет меня между ног. – Обманщик хренов. На вот! – швыряет на стол перстень Фалькона. – Свой завтра из моего номера заберешь. Не собираюсь я с тобой жить. Ты не лучше Вадима. Врешь как дышишь, – захлопывает дверь перед моим носом.

Морщусь от боли и, едва переведя дыхание, вылетаю за несносной девицей. Добегаю до стандарта, оккупированного Блонди, и изо всех сил стучу кулаком в дверь.

— Открой! Мы не договорили!

— Это какой-то ужас! Сколько можно? – распахивается дверь соседнего номера. – Я на всех сайтах отзывы оставлю. Дурдом, а не отель. А сейчас полицию вызову! И собственникам сообщу. Пусть знают, кого пускают! – выговаривает мне толстая тетка в махровом халате и с синими патчами под глазами. Тот еще видок! Восставшие из ада отдыхают.

— Извините, – пряча улыбку, бормочу я. Ретируясь в первый попавшийся коридор. Пройдя до конца, спускаюсь вниз, на рецепцию. Из окна холла наблюдаю, как от крыльца отъезжает на Крузаке Фалькон, и за малым не выбегаю следом. Всечь бы ему по щщам.

Стоял, вытирал слезки, сука! Звали его сюда.

«А выходит, звали», – сжимаю до боли челюсти. Милена сама пригласила. А я повел себя как дурак. И веду. Люблю ее. Как увидел их вдвоем, чуть не сдох. Стоят посреди бара, за ручки держатся.