Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 119 – Виктория Волкова

— Да я, Сергей Ильич, обид никаких не держу. А насчет понять, сложнее. Или Светлана Сергеевна с кем-то путает мою жену, или нуждается в помощи специалиста. С момента моего освобождения мы с Ириной ни на минуту не расставались. Если моя жена с кем-то общалась в это время, то только с моим близким окружением. А туда ваш зять точно не входит. Да и другие проблемы у нас сейчас, знаете ли. На меня напали. Сын родился раньше времени. Слабенький был, еле выходили. Ирочка с ним и днем и ночью. Ну и я на подхвате.

— Сын? – изумленно выдыхает Золотарев в трубку. – Не знал, Степа! Поздравляю! С меня причитается… На зубок, так сказать, - рокочет весело и замечает мимоходом. – Вот ты хитрован, Криницкий! Когда успел и ребенка забацать и жениться? Ты же недавно откинулся!

Воровской сленг режет ухо. За добрым веселым разговором проступает хищный оскал собеседника.

— Так Ира ко мне приезжала. Свиданькались мы, - улыбается довольно Степан и притягивает меня к себе. – У нас история бурная, Сергей Ильич. Мы с женой случайно в джаз-клубе познакомились. Погуляли. А потом уже на зоне узнаю, что она сестра моего следователя. Прикинь, поворотец? Ну я и попросил телефончик достать и ей решил позвонить. Высказать все. Думал, подстава. Позвонил. Начал с упреков, а закончил приглашением приехать. Она и приехала… Потом пока меня ждала, жила в закрытом санатории. А я как вышел, сразу к ней рванул…

— Выходит, Светка врет, - веско роняет Золоторев и мне даже кажется, что я вижу сердитое лицо, будто высеченное из камня. – Всяческих тебе благ, Степа…

— Взаимно, Сергей Ильич, - улыбается муж. – И дочке вашей здоровья! Может, все-таки пройти обследования. Навязчивые состояния…

Я не слушаю. Противно. Нет, Света не больна. Она надменна и кичлива. Считает себя выше остальных и не преминула воспользоваться случаем и пнуть, по ее мнению, более слабого. Вот только сегодня не повезло.

Муж коротко прощается. И убрав отделяющий нас друг от друга подлокотник, притягивает меня к себе. Пробирается рукой под шубку. Оглаживает мои живот и бедра.

— Что там нянька пишет? Наш начальник спит? – опаляет мою щеку жарким дыханием.

— С какой целью ты интересуешься? – смотрю игриво.

— Да хотел бы заняться любовью с самой красивой женщиной в мире, - легко касается губами моей шеи.

— Я так думаю, примерно с полчаса останется, как домой вернемся, - серьезно посматривает на брайтлинг на запястье.

А дома мы сразу же бросаемся к сыну. Спит. Спит наш зайчик. Взявшись за руки тихонечко перемещаемся в спальню. И тут уже я не выдерживаю.

— Степа! - Кидаюсь на шею мужу. Целую его, стараясь не задеть больное плечо.

— Ирка! – выдыхает он, опуская с моего плеча тонкую бретельку платья. С плотоядной улыбкой тянет другую и фыркает раздраженно, когда в кармане тренькает сотовый.

— Выключи его, - приказываю капризно. Кошусь на часы, показывающие половину первого. Вот не спится кому-то!

— Это твой брат, - недоумевает Степан. Показывает мне светящийся экран, на котором значится короткое «Зорро».

— Может, что-то случилось? – поправляя бретельки, охаю в ужасе. – Ответь, пожалуйста! Наверное, что-то с папой!

Желание улетучивается, будто его и не было. А на смену ему приходит страх. Тот самый потаенный и черный, когда больше всего на свете боишься потерять родного человека.