Книга Только одна ночь. Ошибка прокурора, страница 45 – Виктория Волкова

— Дроздовы… хмм… очень уважаемые люди в городе, Феликс… Алексеевич, — вкрадчиво объясняет Рудников, моргая подслеповатыми глазами.

— Так и у нас организация уважаемая. Очень. Вот и встретимся. Поговорим. Со всем уважением.

— Так слухи пойдут, Феликс Алексеич, ты сам понимаешь, — вздыхает мой зам.

— Какие именно? Их нужно опросить, что они видели или слышали. Стопятьсот мешков мусора не с луны свалились. Их кто-то привез, кто-то машины оплачивал, погрузку. И я хочу знать, кто именно?

— Ну откуда они знают? — пожимает плечами Рудников.

— Тогда уфорлогов вызывайте, Валерий Павлович. Ищите НЛО и марсиан, — теряю терпение. — Что за отмазки дурные? Это приказ. Исполняйте.

— А кто их опрашивать будет? — испуганно тянет Рудников.

— Кого? Марсиан? Или все-таки Дроздовых, — стебусь в открытую. Ишь, развели тут коррупционный сговор.

— Дроздовы точно не причастны, — гнет свое мой плешивый зам, да еще лысину поглаживает.

— Откуда такая уверенность, не пойму. Любой дознаватель может снять показания. Ваших уважаемых. И если я потом найду хоть малейшую зацепку, мало не покажется. Кстати, с Зотовым вопрос решили? С Максимом? Уже известно, почему он не пришел на прием? Его запугали, или убили? — в упор смотрю на Рудникова.

— Хм… Ну мало ли… Честно говоря, не владею информацией, — пожимает он плечами. — Но кто б его убивал? Кому он нужен? Обычный работяга… Что-то там себе напридумывал…

— Я вижу вы в курсе ситуации. И как всегда Дроздовы не виноваты. Вам бы в адвокаты пойти, Валерий Палыч. Будете совершенно официально защищать интересы птиц в регионе. Орнитолог вы наш доморощенный.

— Мне знакома эта семья. Обычные законопослушные граждане…

— Я это уже понял, — пресекаю резко. — Я, конечно, человек новый в Шанске. Но может, поэтому могу рассмотреть ситуацию в целом. И она, честно сказать, не радует. В городе открыто действует ОПГ. И пользуется доверчивостью и халатностью некоторых должностных лиц.

— Что вы имеете в виду? — покрывается красными пятнами Рудников.

— Делаю выводы, Валерий Павлович. И, наверное, придется вас отстранить на время. В отпуск отправить, что ли? Чтобы шум лишний не поднимать…

— Да я что, Феликс Алексеевич… Надо, всех вызовем. Разберемся. Но у нас город тихий… И банды никакой нет… Вы просто не понимаете… Нельзя с горяча рубить…

— Ну как же нет, — продолжаю настаивать. — Во всех бедах горожан виноваты одни и те же люди. А кстати! Помнится, кто-то из Дроздовых напал на генерала из «Секиры», оглушил его сзади тяжелым предметом. Мне Мельников рассказывал. Полковник полиции. Дело тогда замяли, насколько я помню. Но можно встряхнуть от пыли и освежить, так сказать…

— Я ничего такого не слышал, — охает как баба Рудников. — «Секира» — вроде боевое подразделение, а Дроздовы — мирные штатские… Приемов не знают.

— Тот прием назывался бутылка шампанского. Если такой прием применить сзади, да хоть к Емельяненко, то тот тоже падет…

— Я не понимаю…

— Это я не понимаю, почему в городе беспредельничает банда, а прокуратура расслабилась и получает удовольствие, — рычу глухо. — Да еще взяла на себя функции защиты. И никогда не пойму.

— Ну, какая банда, — снова пытается меня вразумить Рудников. Давлю его взглядом. Жду, когда сдастся. И мой зам осекается. Вытирает пот со лба и шепчет глухо. — Да я их с детства знаю, Феликс Алексеевич. Короны у всех выросли. Это да. Но кроме хамства и мелкого хулиганства ни в чем замечены не были….