Книга Только одна ночь. Ошибка прокурора, страница 90 – Виктория Волкова

В замешательстве смотрю на цветы, а Феликс, как фокусник в цирке, уже надевает мне на палец кольцо с бриллиантом.

— Давай поженимся? — под любопытные взгляды зевак сгребает в охапку.

Из машины доносится радостный собачий лай. Прохожие останавливаются. Машины сигналят. Но Сарычеву все пофиг.

— Давай, — усмехаюсь печально. — Когда? — смотрю пристально.

— Да хоть сейчас, — выдыхает он. — Едем в ЗАГС?

— Едем, — обиженно передергиваю плечами. Прикусываю губу, стараясь не разреветься.

Феликс помогает мне усесться в Крузак. Возвращает на место цветы и садится за руль.

— Сейчас? — переспрашиваю я настороженно. — Вот прямо сейчас?

— А почему бы и нет? — хмыкает Феликс. — Ты выйдешь за меня? — повторяет настойчиво.

— Прямо сейчас выйду, — огрызаюсь упрямо.

Ясное дело, никакой свадьбы не будет. Он так до сих пор и не развелся!

Ладно, доведем это шоу до абсурда. Посмотрим, что дальше.

— Зараза, — рычит Сарычев. Бьет по газам и тут же снижает скорость до пенсионерских тридцати километров в час. — За что мне наказание такое, Лара? — бурчит, паркуясь около невысокого особнячка с колоннами.

Взглядом выхватываю надпись. Отдел записи гражданского состояния. ЗАГС.

Сарычев действительно привез меня в ЗАГС!

— Ты ничего объяснить не хочешь? — упираюсь ладошками в широкие плечи, стоит только Феликсу открыть мою дверцу.

— Я развелся, девочка, — выдыхает он, словно куклу доставая меня из машины. — Чапа, иди сюда, — забирает собаку с заднего сиденья. — Все. Идем. Мы оба свободные люди и имеем полное право пожениться.

— Нас сейчас распишут? — вскрикиваю в ужасе. — Феликс, я не хочу… Вернее, хочу, — поправляю себя, заметив испуганное лицо Сарычева. — Я хочу церемонию. С гостями, с родителями…

— Мои, вон, уже стоят, — кивает он на пожилую нарядную пару. — А о твоих я что-то за месяц ни разу не слышал. Дядю Рому мы точно звать не будем. Перебьется. Рада твоя тоже.

— Почему? — смотрю изумленно.

— Я запросил распечатку всех твоих звонков, — улыбается противно. — Раде бы голову оторвать… Влезла в чужую семью. А ты о чем думала? — взирает на меня строго.

Реву от досады. Ну что за жизнь такая! Он сам все решил и сам все сделал. А я? Со мной почему не считается?

— Феликс, — окликает Сарычева мама. Худенькая и стройная. Волосы, правда, собраны в хвост. Значит, и ее поднял по тревоге. — Оксана ждет. Сегодня плотный график…

— Да, сейчас, — кивает он и берет меня за руку. — Мы распишемся сейчас, Лара. У тебя явная склонность к побегу. Надо с этим что-то делать. И мне нужны гарантии.

— Какие? — смотрю во все глаза.

— Мне ты нужна, наши дети. Королевская двойня. Дом наш. И даже Чапа. Охломон хренов.

— Зачем? — переспрашиваю требовательно.

— Я люблю тебя. Очень люблю. Если я тебе не противен, и ты хоть немного испытываешь ко мне симпатии, то выходи за меня. В лепешку разобьюсь, но сделаю тебя счастливой. Обещаю! Опять же — детям отец нужен. Лучше их растить в полной семье. Церемонию потом закатим. Только больше не сбегай от меня, пожалуйста. Я чуть не сдох сегодня.

— Я люблю тебя! — реву, утыкаясь носом в пахнущую потом футболку Сарычева. — Очень люблю. А ты…

— Ну дурак, каких поискать, — признается Феликс. Притягивает меня к себе. Целует в макушку.

— Хмм… сынок, — раздается рядом покашливание.