Книга Восточная сказка, страница 101 – Виктория Волкова

— Почему? – усмехается муж, целуя меня в макушку.

— Девочка, - печально улыбаюсь я. – Человек второго сорта. Помнишь, как на никахе требовались свидетели? Или двое мужчин. Или один мужчина и две женщины. Голос женщины равен половине мужского.

— А я еще спросил, можно ли привести четырех женщин, - смеется муж.

Целую его в губы, пока никто не видит. Чувствую, как ладонь Германа опускается ниже поясницы и сжимает…

— Мне надо к Насте, - шепчу, когда поцелуй заканчивается. Заплаканными глазами всматриваюсь  в бесконечно любимое лицо мужа. Провожу ладонью по гладковыбритой щеке. Чувствую, как сейчас разревусь.

— Пойдем, провожу, - улыбается муж, легонько проводя пальцами по моей шее. От каждого прикосновения замирает сердце. Неужели отец и Айрат победят? Нет! Аллах не допустит этого!

— Перестань паниковать, - ласково просит Герман. И дойдя со мной до детской, велит Портосу.

— Нужно удвоить охрану, бро. Эти отморозки еще вернутся.

Герман

— Скажи мне свои прежние имя и фамилию, - прошу я жену, когда незваные гости покидают наш дом. Хороший вопрос после пяти лет брака.

— Амина Демир, - безропотно шепчет Алина и тут же вскидывает голову. – Что ты хочешь выяснить?

— Они неспроста заявились, малыш, - приближаюсь вплотную к любимой и тихонько целую в висок. – У них есть план… цель какая-то дурацкая. Что добивался твой отец? Или этот отморозок Айрат? Зачем ты им нужна? Особенно сейчас, после пяти лет брака? О любви и других человеческих чувствах мы рассуждать не будем. Эти люди даже не знают, что это такое.

— Отец может потребовать калым, - передергивает плечами Алина и прячет лицо у меня на груди. – Не давай ему. Ты меня не из семьи взял… Если калым платить, то только Софье.

— Петровна обойдется, - фыркаю я и, взяв жену за руку, веду в кабинет. – А сумма калыма наверняка меньше штрафных санкций за сорванный бой.

— Мне к Насте нужно, - пытается возразить она.

— Молчи, женщина, - смеюсь довольно. – Хочу кое-что проверить в твоем присутствии.

Уже в кабинете, взяв ноутбук, мы устраиваемся на диване. Он много чего знает и помнит о нас. Иногда, когда я засиживаюсь за работой, Алина, уложив дочку спать, приходит ко мне. Садится на спинку кресла и, нежно проведя пальчиками по моей заросшей башке, просит.

— Посмотри на меня, Лиманский…

Обычно я откидываюсь в кресло и тяну жену к себе на колени. А потом после поцелуев и возни в кресле мы перемещаемся на диван…

Только сегодня мы плюхаемся на мягкие кожаные подушки и сразу упираемся взглядом в экран.

«Демир» - ввожу я в поисковике реестра юридических лиц и предпринимателей. И сразу в списке нахожу нужное. Амина Муратовна Демир.

— Да ты, мать, у нас богатая девушка, - озадаченно чешу затылок. – Смотри, сколько добра на тебе числится. Видеомагнитофон замшевый… одна штука…

Алина хихикает, понимая шутку. Сколько раз мы с ней в обнимку смотрели наши старые кинокомедии.

— А если серьезно, - вздыхаю я. – Твой папаша на тебя оформил какую-то строительную фирму.

— Как оформил? – выдыхает Алина испуганно. – Я же ничего не подписывала.

— Вспоминай, - обеспокоенно тру лицо. – Ты с отцом ездила куда-нибудь, когда паспорт тебе российский оформили? К нотариусу, например.

— Наверное, да, -  ошарашенно глядит на меня жена. – Но у меня все смешалось, Гера. Я тогда впервые приехала в Россию. Еще Нур со своей беременностью мне нервы мотала. Знаешь, какая она противная!