Книга Восточная сказка, страница 36 – Виктория Волкова

— Нефертити Ивановна, - хихикаю я.

— Ага, - смеется вслед Софья и тут же хватается за дребезжащий в кармане сотовый. – Да, - говорит, с трудом справляясь со смехом, и охает изумленно. – Я заливаю? Где? Да не может быть! Сейчас проверю.

Софья несется в ванную, а за ней еле поспеваю я.

— О господи, шланг сорвало! – кричит она, кидая на пол полотенца, висевшие на стене. – Аминка, помогай. А то у нас сосед - товарищ суровый. Сразу иск в суд состряпает. Выкатит компенсацию. Я за пять лет не расплачусь. Выжимай в раковину или в душевую кабину! – велит она, перекрывая вентили. И сама лихо черпает воду розовым ковшиком.

— Заодно ноги попарим, - фыркает Софья, и я поражаюсь ее неутомимости и оптимизму. Только такой человек мог помочь мне проскользнуть прямо перед носом Айрата.

Я смотрю на Софью в мокрых джинсах, перевожу взгляд на себя. Длинная Олеськина майка с Винни-пухом чуть доходит до колен. Волосы скручены в дульку на макушке, а под ногами все еще плещутся остатки воды.

— Не спим, - командует Софья и тут же замечает со вздохом. – Тебе же нельзя наклоняться.

— Все хорошо, - говорю я, снова принимаясь вычерпывать воду. – Голова не кружится и не болит. А вам, уважаемая Софья, нужна помощь.

— Прекрати обращаться ко мне как к царице Египта, - отмахивается она, выливая очередной ковшик в раковину.

— Хорошо, Нефертити Ивановна, - пряча улыбку, шепчу я. С Нур  такие шуточки отозвались бы мне нотациями. Она еще и отцу нажаловалась бы. Но Софья не Нур, хвала Аллаху!

Мы смотрим друг на друга и хохочем. И мне кажется, так радостно и открыто я давно не смеялась, наверное, со времен раннего детства. И если честно, сама не помню, было ли такое.

В наше веселье вторгается какой-то лишний шум. Где-то вдалеке тренькает звонок.

— Сосед, мать его за ногу, - ругается Софья и несется открывать дверь.

Я не совсем понимаю, при чем тут чья-то мать и ее ноги. Почти насухо вытираю пол в ванной и, заслышав приближающиеся голоса, собираюсь проскользнуть к себе. Нельзя перед посторонним мужчиной показываться в ночной рубашке. Но стоит мне только повернуться к двери, как с треском разрывается другой шланг, и на пол хлещет холодная вода. Затыкаю пробоину полотенцем, косясь на открытый лючок. Но там множество труб и несколько кранов. С ходу не разобраться.

— Софья! – кричу во весь голос. – Софья!

Она заскакивает в ванную и быстро  перекрывает нужный вентиль. И я не успеваю перевести дух, как в дверном проеме появляется Герман. Надутый и очень важный. Ловлю на себе его мрачный взгляд и чувствую, как краснею до самых кончиков волос.

«Отвернись, как тебе не стыдно! Ты вся мокрая!» – талдычит мне здравый смысл голосом Нур. Но я как вкопанная смотрю на Германа, не в силах сдвинуться с места.

— Хмм… - кашляет Софья, пытаясь погасить возникшее напряжение. – Давайте чаю попьем, что ли… Тут уже больше фонтанов не предвидится. Герман, - зовет она своего мрачного соседа.

— А… да… Софья Петровна… С удовольствием!

— Тогда пойдем, - выпроваживает она его из ванной. Настойчиво берет за предплечье.

— Конечно, - говорит Герман, но так и не двигается с места. Отвожу взгляд и отворачиваюсь через силу.

— А… - повторяет он, кивая на меня. Скосив взгляд, я вижу его отражение в зеркале.

— Алина переоденется и присоединится к нам. Я вас познакомлю, - неуверенно бубнит Софья, выводя незваного гостя в коридор.