Книга Восточная сказка, страница 46 – Виктория Волкова

— Как же хорошо, что нам удалось удрать, - вздыхаю я, прислоняясь головой к плечу Софьи. – Если бы не вы… я бы пропала. Никогда бы не выкарабкалась…

Чувствую, как меня начинают душить слезы. И даю им волю. Благо аллейки пустынны, и на соседних лавочках никого нет.

Реву, уткнувшись лицом в плечо Софьи. Она молча гладит меня по голове, не пытаясь успокоить.

— Тебе нужно выплакаться, - говорит чуть слышно.

Слезы градом текут из глаз, а от глухих рыданий останавливается дыхание.

— Прими как данность, - шепчет Софья. – Твои родители до сих пор прекрасно общаются…

— Они – любовники? – охаю, приподняв голову.

— Я думаю, это факт, не требующий доказательств, - усмехается Софья. – И Лариса всегда будет на стороне Мурата. А кстати, - морщится она. И как только мы встречаемся со Стасом, спрашивает.

— А ты можешь узнать, Станислав Николаевич, у сладкой парочки есть еще дети кроме Алинки?

— Могу, - кивает он. – Я все могу. Вот только не понимаю, зачем? Не нужны эти якоря, Сонечка. Пусть девочка строит жизнь с чистого листа. С такими родителями… лучше сразу сиротой родиться. Алина, - смотрит на меня строго, - у тебя нет особого выбора. Пути назад отрезаны. Только вперед, девочка!

Весь путь от Пушкина до Москвы я молю Аллаха милостивого и милосердного ниспослать здоровья Софье и ее другу. Без них я бы сразу угодила в западню.

«Только вперед, - повторяю слова Станислава. Положив затылок на подголовник, закрываю глаза. Изо всех сил стараюсь представить свое будущее. Это там, в Эргонио, под присмотром Нур я училась вести домашнее хозяйство. Всегда знала, что в восемнадцать лет выйду замуж. И всю последующую жизнь собиралась прожить за надежной спиной одного единственного мужчины, ниспосланного мне в мужья Аллахом. А оказалось… Кручу в руках носовой платок и пытаюсь справиться с ознобом, колотящим меня изнутри. Нужно унять страх и решить, как жить дальше.

— Большие города,Пустые поезда,Ни берега, ни дна -Всё начинать сначала.Холодная война.И время, как вода,Он не сошёл с ума,Ты ничего не знала, - несется из динамиков на весь салон.

— Кто это поет? – спрашиваю Софью и получаю совершенно непонятный ответ.

— Шура и Лева, Би-два. Ты  никогда раньше не слышала?

Да я ничего не знаю. Никого не слышала. Только жить начинаю. Как маленький ребенок, делаю первые шаги и боюсь оступиться. Только вот, в отличие от малыша, я никому не нужна. И если где-нибудь пропаду, никто и искать не станет. Разве что Софья…

«Как же хорошо, что я приняла ее приглашение жить вместе, - думаю, когда Мерседес Стаса сворачивает в наш двор. На автомате смотрю на темные окна Лиманского. – Где ты ходишь, Герман? – тяну тоскливо и неожиданно понимаю, что такой опытный и взрослый мужчина может меня просто сломать.

«Не приближайся к нему! Не мечтай!» – кричит здравый смысл. Моя интуиция с ним соглашается. Но я точно знаю, стоит Герману поманить меня, и я, как глупый мотылек, полечу на свет яркого светильника. Обожгу крылья и душу, прежде чем упасть в раскаленное масло.

— На таких маленьких глупышек искушенные мужики внимания не обращают, - усмехаюсь про себя и, не отрываясь, продолжаю смотреть на темные окна.

— Вот, смотри, в каждом браслете электронный ключ. Надеваешь на руку, и он не мешает. И потерять невозможно. Хотя находятся дарования, - усмехается Анечка и продолжает с важным видом. - Голубые открывают шкафчики в мужской раздевалке, а красные – в женской, - учит меня бледная, изнуренная токсикозом девушка. – В каждом помещении клуба есть переговорное устройство. Если у гостя какие-то проблемы, то он звонит тебе. Тогда нужно подойти и решить на месте. Ничего сложного, правда?