Книга ДНК для олигарха, страница 51 – Виктория Волкова

Аптечка находится не сразу. В гардеробной. На верхней полке. Я бы и сама ее туда положила, чтобы ребенок не дотянулся.

Но сейчас я вся на нервах и не могу толком сосредоточиться.

И где этот врач? Через тундру на оленях скачет, что ли?

Нахожу нужные лекарства и быстро возвращаюсь обратно.

Лиза, вялая и розовая от температуры, лежит в постели и улыбается. А рядом Матвей изображает из себя сказочника и что-то проникновенно рассказывает малышке.

«Хорошо, что он рядом», — думаю, наливая воду в стакан. Даю таблетки дочери.

— Выпей, милая…

— А Бэтмен? — ноет Лиза.

— Бэтмен — самый здоровый на свете! — сведя брови домиком, бубнит Шершнев.

Знаю, что сейчас ему не до нас с ребенком. Нужно заниматься расследованием. Ловлю на себе чуть отстраненный суровый взгляд. Матвей сейчас точно не здесь. Наверняка пытается вычислить врага, подобравшегося слишком близко.

«Может, это по мою душу явились кредиторы? — внезапно думаю я и тут же гоню прочь глупые мысли. — Тот человек не всесилен. И до Матвея ему руки точно не дотянуть!»

Внимательно слежу, как дочка со страдальческим выражением лица выпивает лекарство.

— Теперь я поправлюсь, мамочка?

— Обязательно, — улыбаюсь, скрывая тревогу, опутывающую меня словно сетью. За дочку страшно. За себя. За мужа.

Матвей прав. Все решили секунды.

Ежусь, будто от холода.

— Не раскисай, — шепчет Матвей, вставая с кровати. — Не пугай ребенка…

Мотаю головой, давая понять, что так просто не сдамся. А у самой из глаз льются слезы.

Муж вытирает их подушечкой большого пальца. Осторожно целует куда-то в висок. И как только в спальню входит толстая докторша, бурчит раздраженно.

— Если понадоблюсь, я в кабинете…

Врач мне не нравится с первого взгляда. Не люблю сладкий парфюм и сюсюкающих людей. А несущих всякий бред — тем более. Все-таки я за доказательную медицину, а не за лечение медом и лягушачьими лапками. Нужно поговорить с Ярославом. Странный выбор специалиста. Лишь в одном мы сходимся с докторшей.

ОРВИ.

Четыре буквы, спасшие нам жизнь. Трудно пройти на волосок от смерти и сохранить спокойствие. События разбиваются на отдельные моменты и разлетаются словно осколки зеркала. Каждый мгновенный штрих, запечатленный в остроконечном отражении, кажется значимым и не забудется никогда.

Выпроводив супер-врача, снова даю прихваченные из дома порошки и таблетки Лизе. Щупаю чуть прохладный лоб. Кажется, температура пошла на убыль. Ночью придется не спать и контролировать. Но опасность уже миновала.

— Мамочка, — жалостливо вздыхает дочка. — Полежи со мной. Нам с Люблюськой так тебя не хватает.

— Конечно, милая, — соглашаюсь, укладываясь рядом. Обнимаю малышку. Утыкаюсь носом ей в темечко. И от нахлынувших воспоминаний закрываю глаза.

Вместе с любимым я снова бреду по кривым улочкам Замоскворечья. Улыбаюсь ему. Но на родном лице застыла такая же напряженная маска, как и у Матвея.

— Расскажи ему все, — требовательно велит мой любимый. Вздрагиваю, просыпаясь. И прислушавшись к ровному дыханию дочери, осторожно встаю с постели. Подхожу к окну и, тупо вглядываясь в чуть освещенную полоску пляжа и чернеющее за ним море, пытаюсь понять, как поступить дальше.

Рассказать все Матвею? Легко! Но что последует потом? Как поступит Шершнев, узнав правду? Разведется со мной и отберет у меня дочку? Или оставит все как есть?