Книга Дочь от другой. Развод в 50, страница 28 – Виктория Волкова

— Да не находил он никого! – бьет по рулю Денис.

— Ага, она сама пришла, – усмехаюсь горько и добавляю мягко, но решительно. – Давай закончим этот дурацкий разговор…

— Мам, он с этой Надей год точно не виделся. Я же знаю его расписание. Машину его наши спецы ведут круглосуточно. Уверяю тебя…

— Твой отец любых спецов может обмануть. Я за восемь лет даже не догадалась. Виделся – не виделся. Уже роли не играет. Рената его дочь. И это весомый аргумент для развода.

— Мам, – убитым взглядом одаривает меня сын. Паркуется рядом с коваными воротами элитного жилого комплекса, где еще недавно жили Юра и Вера. А теперь по пустой квартире шарахается тенью старая одинокая тетя Зина.

— Нет, я уже все решила, – по привычке поднимаю глаза к Лужанским окнам. Там обычно стояли цветы. А сейчас пусто. То ли завяли, пока хозяева разводились, то ли Вера забрала их с собой. Но сейчас окна выглядят сиротливо, а квартира из семейного гнезда превратилась в ночлежку.

— Ладно, пока, – выхожу из машины.

— Погоди, провожу тебя, – бурчит недовольно сын.

— Я сама, – порываюсь выйти, но дверь не открывается. – Дэн?

— Мам, я же сказал, – окидывает меня хмурым взглядом и добавляет мягко. – Мне что-то неспокойно. Шастаешь одна по городу. Нехорошо.

— Как скажешь, – вздыхаю я. Раньше бы поспорила. Но сейчас, когда везде Кокос мерещится, я, пожалуй, соглашусь на дополнительную охрану.

Денька весь в Рема пошел. Высокий, крепкий, борьбой занимается. Мой главный защитник.

Сын выскакивает из машины. Церемонно открывает мне дверь. Подает руку. Кладу ладонь в широкую лапищу ребеночка.

Ступаю высокими каблуками на тротуарную плитку. Поднимаю голову и вздрагиваю, заметив Кокоса на другой стороне улицы. Сунув руки в карманы брюк, он стоит около бизнес-центра и улыбается, как ни в чем не бывало.

Урод! Откуда он взялся на мою голову! Теперь будет нервы мотать, испытывать на мне свои психологические приемы, больше похожие на пытки. И почему не забыл за двадцать пять лет? Не смог?

«Ты моя болезнь, Алента», – словно наяву слышу голос Кокоса. От ужаса и неожиданности подворачиваю ногу.

— Мам, аккуратнее, – подхватывает меня под локоть Денис.

— Как хорошо, что ты приехал, – выдыхаю, пытаясь восстановить дыхание. И только в лифте перевожу дух. Не хочу к тете Зине вламываться со своими бедами и проблемами. Ей сейчас тяжело. Для меня она не чужой человек. Много лет назад она меня выручила. Так и сдружились мы с ней тогда. Даже когда я Вере с кредитами помогла, не осудила. Поняла.

— Да ладно, Валюшка, – выругалась крепко. – Все ты правильно сделала. Сейчас завод обескровить – потом не восстановить. Там же я и внуки – акционеры, – улыбнулась лукаво.

А теперь я вхожу в квартиру, пропахшую табаком. Гляжу на нашу Герцогиню. В черной водолазке и в черных брюках она кажется вдвое тоньше, чем обычно. Вертит в пальцах тонкую темную сигарету, окидывает меня больным взглядом.

— Теть Зин, – кидаюсь к ней. И реву. Скорблю вместе с ней о никчемной судьбе Юрки. Вот все же было у человека. И жена красавица, и крутой бизнес. Какого ляда налево потянуло? Почему не пощадил чувств Веры, своей законной жены?

Кстати, к Рему Владимировичу у меня те же вопросы. Два сапога пара. Дружбаны с детства. Плюс Чебук. Но тот честнее. Никому ничего не обещает. В ЗАГС никого не ведет. Живет себе как сыч. Ни жены, ни детей.