Книга Дочь от другой. Развод в 50, страница 53 – Виктория Волкова

— Алента? – громко переспрашивает Накосов. – Да она в посадке с каким-то мужиком шпилится. Вон ее трусы на ветке висят!

И Игорь, мой глупый и пьяный муж, с воплями кидается вниз. А Накосов с водителем как ни в чем не бывало садятся обратно в «Волгу» . Машина трогается с места.

— Подождите! Как же! – кричу я и снова оказываюсь в лапах Накосова.

— Это тебе первый урок, Алента. Будешь упираться, последуют другие. Поняла? – давит он меня взглядом. – Ты теперь моя. А Петров, дурак, блин… Проспится где-нибудь под кустом и уйдет от тебя. Вот тогда мы заживем, Алента! – смеется он. Насильно раздвигает мои губы пальцами, вторгается в рот. Наваливается сверху.

— Леон, я тебе не мешаю? Может, до дома потерпишь? Квартира пустая, – сварливо останавливает его жена.

— Да, действительно, у нас с тобой вся ночь впереди, – улыбается мне Накосов. А меня до костей пробирает от страха.

Он меня изнасилует сегодня ночью. И будет потом каждую ночь… И никто мне не поможет. Наоборот, осудят.

Как там говорится. Сучка не захочет, кобель не вскочит.

Но мне по-любому надо вырваться из проклятых лап и убежать. Куда? Да куда угодно! Хоть в милицию!

Всю дорогу до дома Накосов медленно и лениво гладит мою грудь, елозит пальцами мне между ног, словно ласкает собаку. Никаких чувств, никакой любви. Просто монотонные, будто заученные движения.

И я терплю. Реву беззвучно, но больше не брыкаюсь. Мне, главное, усыпить их бдительность и не дать затащить себя в квартиру. И у меня будет не больше минуты.

«Лучше убежать сразу? Или поднять крик в подъезде?» – раздумываю я. И мысленно молюсь, чтобы у Люськи сегодня остался ночевать Рем. Он выскочит. Отобьет.

Но мне везет. Несказанно везет. Как только «Волга» тормозит у нашего дома, из соседнего подъезда выходит тетя Лиза Гарутина. Крупная женщина, похожая на медведицу. Она на стройке штукатуром работает. С мужиком подраться может.

— Тетя Лиза! Помогите! – вырвавшись из проклятых лап Накосова, кидаюсь к ней. И эта простая грубая женщина все понимает с полуслова.

— Иди сюда, Валя, – делает шаг навстречу. Поднимает с земли кусок арматуры. – Только суньтесь, уроды, – рычит угрожающе.

— Спокойной ночи, Алента, – противно улыбается мне Накосов. Кажется, даже скрежещет зубами.

— Что случилось? Они тебя изнасиловали? – охает тетя Лида, заводя меня в свой подъезд. – Надо в милицию…

— Нет, только собирались, – всхлипываю я. – Игоря из машины выкинули.

— Пойдем. Переночуешь у меня. А завтра решим, что делать, – кивает соседка, открывая дверь в квартиру. – Входи. Ты тут в полной безопасности. Ни одна собака не сунется.

И я выдыхаю. Спасена. Даже в дурном сне не могу представить, что подставляю доброго и хорошего человека.

Эту ночь я не сплю. Даже глаз сомкнуть не могу. Низ живота снова тянет. Сворачиваюсь комочком на диване у тети Лизы. Не плачу. Просто скулю. А моя боевая соседка меряет шагами и без того маленькую комнатушку и воинственно бормочет.

— Пусть только сунутся, я их тут с землей сравняю.

Тревога за Игоря перемешивается с диким потаенным страхом. Пойти в милицию? Но там вряд ли захотят меня выслушать. Позвонить Рему? А что я ему скажу? Сама дура! Поехала с незнакомыми людьми к родителям. Вот и нарвалась.

А Игорь… Ну что Игорь! Напился. И даже не защитил меня. Как свинья нажрался и уснул.