Книга Его отец. Выжить после развода, страница 53 – Виктория Волкова

— Да, — удрученно склоняю голову и чувствую себя дефективной.

— Вот и хорошо. Пойдем, поедим что-нибудь, — предлагает он. — И решим, что делать дальше. Школа и садик у нас точно под запретом. Вас там в первую очередь искать будут.

— Что же делать? — без сил опускаюсь на мягкий диванчик.

— Ничего. Сейчас салат сделаем. Мясо пожарим и решим. На сытый желудок думается легче. — Да, малышка? — садится на корточки перед Дашкой.

— А йогулт у тебя есть? — спрашивает наша находчивая девушка. Сразу видно, Бобровская порода!

— Что? — не понимая, уточняет Илья.

— Йогурт, — улыбаюсь я и тут же слышу обидный смешок.

— Сапожник без сапог, да, Сонь?

— Я — хороший специалист. Меня ценят, — вздергиваю подбородок. — Да, у Даши есть некоторые проблемы с произношением. Но они допустимы согласно возрасту, — говорю, а у самой слезы из глаз льются. Скатываются по щекам. А у меня даже сил нет их вытереть.

— Прости, — подскакивает ко мне Илья. — Дурацкая шутка. Ты замечательная, Соня. Очень хорошая девушка. И я очень надеюсь, что выдам тебя замуж за нормального адекватного парня. Совершенно не похожего на Бобровых. Это мой долг. Прости, что-то я близко к сердцу воспринял. Нельзя тебе за Катрана замуж.

— Да никуда я не иду, — мотаю головой. — Меня в Ильинке как в тюрьму заточили.

Наблюдаю, как Илья достает из холодильника овощи, йогурт и красивые бараньи стейки.

— Давай, ты сейчас салат нарежешь, я мясо пожарю. А кто-то схомячит йогурт, — подмигивает Дашке. И отвлекается на телефон.

— Да, Дараганов. Привет, Адам. Сегодня? Сейчас? Хмм… сколько? Ну, подъезжай, если срочно надо, — усмехается криво. И откинув айфон в сторону, поясняет глухо. — Потом пообедаем, Соня. К нам покупатель едет. Минут через десять будет.

— Почему такая срочность? — охаю изумленно.

— Откуда я знаю? — хмыкает недовольно Илья. — Но деньги за кольцо он предлагает большие. Есть смысл согласиться.

— А кто он, этот Адам? — спрашиваю, набравшись смелости.

— Бобер-Канарейка, — смеется Дараганов. — Он единокровный брат Жени и Инны. Только от другой женщины. И носит ее фамилию. Нарейко.

— Выходит, близкий родственник? — блею я.

— Бобровы его терпеть не могут. А он им платит взаимностью, — поясняет Илья. И услышав трель домофона, идет открывать.

Вот только я не спешу следом.

«Стоит ли продавать кольцо врагу Бобровых?» — размышляю, набирая воду в чайник. Грею. Потом в кипяток ставлю холодный йогурт.

Где-то вдалеке слышатся шум лифта и звук отпираемой двери. А после мужской смех, разговор. Но я не могу разобрать ни слова.

Достаю йогурт из горячей воды. Взбалтываю. И убедившись, что он комнатной температуры, ставлю стаканчик на стол.

— Дашуль, покушай.

— А где кольцо? Ты его видел? — слышу резкий неприятный мужской голос.

— Да. Проходи. Все нормально, — уверяет кого-то Илья.

Слышатся шаги. А меня охватывает паника.

Если я продам кольцо врагу Бобровых, Женя меня не простит! Никогда в жизни не простит!

— В кольце маячок. Ты в курсе? — откинувшись в большом черном кресле, Илья обращается к молодому поджарому мужчине с коротко выбритыми висками и длинной челкой. Дорогой костюм сидит как влитой, на руках часы с мудреным циферблатом. Видимо, большой человек к нам за кольцом пожаловал.

Он очень напоминает Женю. Та же усмешка, поворот головы. Вот только глаза недобрые. Настороженные и колючие.