Книга Моя по праву, страница 32 – Виктория Волкова

— Почему Марк не вступил в отцовство? – рыкаю, стараясь сдержаться.

— Влада не захотела, – смотрит печально. Словно пытается спросить «в кого ты у нас таким дураком уродился?».

— Весомый довод, – усмехаюсь внимательно разглядывая невестку. И снова повторяю вопрос. – Как ты все это терпишь? Почему не уедешь? Даже не ожидал, Галь.

— Отвали, Растишка, – отодвинув меня плечом, проходит в гостиную. – У тебя своя жизнь… У нас своя.

— Как скажешь, – замечаю сипло. Разворачиваюсь, чтобы уйти навсегда из этого ада. Но услышав шум на лестнице, безотчетно поворачиваюсь на движение.

Марк с Владой спускаются по лестнице. Брат идет впереди и что-то вещает, размахивая руками. А моя бывшая, удерживая ребенка у себя на бедре, что-то радостно отвечает веселому старикану.

Прибил бы обоих! От злости пульсирует в висках. Вдарить бы по стене, так чтобы попадали все Галкины тарелочки и картины местных художников. Еле сдерживаюсь, чтобы не заорать от отчаяния.

Какого происходит? Что нашла Влада в моем брате? Почему предала меня и сбежала к нему?

Нужно попрощаться и двигать на выход. Даже флешку свою золотую пусть сами ищут. Какое мне дело до Маркуса и его гарема? Почему жалко Галину и хочется оторвать голову Владе?

Нет… Не так!

Не успеваю додумать, как в коридоре раздается трель домофона.

Брат нарочито спокойно снимает трубку. И выслушав помощника, нажимает на кнопку. Быстрым шагом спешит к двери и, открыв ее нараспашку, театрально возвещает.

— Приветствую, Эдичка!

Ростислав

Тучный одышливый старикан охая вваливается в прихожую. Проводит мясистой ладонью по лысой башке и укоризненно смотрит на Марка.

— Заставил ты меня побегать, Маркуша.

По лицу брата пробегает мимолетная гримаска. Он терпеть не может это «Маркуша». Но улыбается радостно. Виду не подает.

— Эдичка дорогой! – радостно раскрывает объятия. Взрослые мужики тискаются как дети малые.

Богема, чтоб ей!

Измайлов поворачивается к двери и зовет грубовато.

— Эля!

— Да иду я, – незлобливо огрызается кто-то с крыльца. И в дом вплывает эдакое блондинистое великолепие на высоких шпильках, с нарощенными волосами и накачанными губами.

Мысленно прикидываю во сколько Измайлову обошелся этот тюнинг.

Хмм… внушает!

Так спустить в унитаз кучу бабла может только влюбленный старый придурок. Видать, последнее утешение…

Или нет?

Измайлов радостно смотрит на хозяев дома. Останавливается масляным взглядом на Владе. И залипает, как последний дурак.

— А у тебя я вижу тоже свой гарем, – хихикает он, но смотрит внимательно. Видимо надеется, что брат опровергнет его догадки.

— Есть такое, – в открытую признается Марк. И теперь уже мне хочется всечь ему. – Знакомьтесь, – кивает он, откашлявшись. – Это Влада, наша талантливая родственница. Ростислав – мой брат…

Блондинка тот час же делает стойку. Видать узнала. В глянцевых журналах до сих пор попадаются статейки о самых завидных женихах страны. И я там намбер ван!

Забавно!

Эличка строит мне глазки. Ее «папочка» неприкрыто пялится на Владу. А та в свою очередь растерянно смотрит на моего брата. И словно не замечает ничего.

— Я полагаю, нам в студии удобней будет, – тут же на ходу решает Марк. Хотя фуршет накрывали в столовой.

Поворачивается ко мне с понимающей улыбкой.

— Ты, наверное, торопишься, Слава. Мы и так отняли у тебя слишком много времени. А это непозволительно…