Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 87 – Виктория Волкова

А если бы опоздал? Как бы я жил тогда?

До самого вечера повторяю Ленкину фразу как мантру.

Слава богу, ты успел!

И чем больше вникаю в это дело, тем больше берет оторопь, и волосы встают дыбом.

— Да, Плехов, повезло тебе, – улыбается довольно Парфен, мой бывший шеф. А мы с Соколовым сидим за длинным столом с прямыми спинами. У начальника хрен расслабишься. Но старого кобеля новым трюкам не выучишь.

— Это ребята помогли, нашли вовремя, – откашливаюсь я. – Четко сработали…

— Да, молодцы, – кивает Парфен. – Но я в целом об операции. Координировал ты. Лабораторию черных трансплантологов накрыл ты.

«Слава богу, ты успел!» – снова слышится в голове голос любимой. И страшно подумать, если бы я опоздал.

— Надо еще всю банду вычислить, – вздыхаю я. – Но наши бойцы работают.

— Да, мы уже вычислили всю банду, – бойко докладывает Вадим. – Случай уникальный, товарищ генерал… Благодаря Гусю всех накрыли. И исполнителей, и организаторов.

— Ну-ка, ну-ка, – потирает руки Парфен. На мясистом лице даже румянец проступает.

— Под подозрение пала некая Тешинская Оксана Петровна. Она встречалась в кафе «Причал» с похитителями. По сути, это шестерки. Толку от них ноль. Об организаторах ничего не знают. Ключи взяли в условленном месте вместе с закладкой. Но мы пробили передвижение денежных средств заказчицы. И выяснили, что она переводила крупные суммы через телеграм-канал, способствующий оплате за границу. Связались с админами. Те передали нам все данные на получателя платежа. Некто Тарасов Геннадий Львович…

Ну, капец, лишь на секунду прикрываю глаза. Как говорится, старые друзья. Мать их… И в который раз выдыхаю спокойно. Хорошо хоть ума хватило не позволить Оксане оставить мою фамилию. Меня с этой женщиной ничего не должно связывать.

— А остальные члены банды? – из-под очков буравит взглядом Парфен.

— Тарасов им отправлял деньги на карточки Сбера. Сейчас выясняем, сколько человек было задействовано. Но сегодня накроем всех.

— Молодцы. Не задерживаю, Вадим Александрович, – кивает Парфен.

— Так точно, – четко роняет Соколов, но с места не двигается. – Батурина бы к награде представить, – бурчит торопливо.

— Всех представим, – тут же соглашается шеф. И Егора Батурина, и вас, полковник Соколов. И за нашего губернатора походатайствуем…

— Я уже по другому ведомству числюсь, – усмехаюсь криво и никак не пойму, почему Парфен отпустил только Вадима. Я ему на что сдался?

— У нас в конторе бывших не бывает, – категорично мотает головой генерал. И как только Вадька уходит, достает из сейфа початую бутылку коньяка и два стакана. – Я в афиге от твоей чуйки, Гусь, – разливает он янтарную влагу. И неожиданно улыбается, как пацан. – Твою ж мать, Иваныч. Только сейчас допер, почему ты «Гусь». Жена твоя новая – урожденная Гусева.

— Есть такое, – киваю довольно. – Лену в школе дразнили Гусыней, ну а я Гусь, соответственно. Два сапога пара, – признаюсь как на духу.

— Так вы со школы встречаетесь? – словно филин, обалдело ухает шеф.

— Ну да, – пожимаю плечами. – С девятого класса вместе… С моего. С ее седьмого.

— Ну вы даете? И только сейчас поженились? Влез, наверное, кто-то… - вздыхает он тяжко.

— Да все те же. Тешинская и Тарасов, – морщусь я. – Ну да ладно. Закрыли их. Успели.