Книга Дочери маяка Птичьего острова, страница 61 – Кристи Барлоу

— Что ты наделала? Тебе обязательно надо все испортить. Не можешь меня отпустить, хоть я тебе и не нужен. Злишься, что я все-таки ушел? Думала, я никогда не решусь, а я решился. Я готов отдать все: деньги, квартиру, машину, – лишь бы тебя не видеть. Но ты не хочешь, чтобы у меня была другая жизнь. Я не тебя люблю. Пойми это, наконец!

— Ты ушел к ней? К этой пигалице, твоей студентке?

— Перестань! – отрезал Макс. – Дилли больше не студентка. Она прекрасная женщина. Она никогда не будет врать и изменять, как делала ты! Твоя беременность – прямое тому доказательство.

Дилли стояла в проеме открытой двери. Никто из них ее не заметил, а она видела, как Лидия стала пунцовой от ярости.

— Я никогда к тебе не вернусь, – продолжил Макс. – На аукционе ты вела себя подло – просто потому, что решила, будто у меня роман с этой девушкой. Ты невыносима, и я рад, что мне больше ничто не будет напоминать о годах несчастного брака, я даже готов расстаться с любимой работой. Уходи, Лидия. А что касается ребенка, мы оба знаем правду. Он не от меня.

К ужасу Дилли, Лидия схватила тяжелый подсвечник и запустила им в Макса. Макс поднял руки, защищая лицо, поэтому подсвечник ударил его в плечо, и футболка окрасилась кровью. Он потрясенно посмотрел на Лидию.

— Убирайся из моего дома и из моей жизни. Пока я не позвонил в полицию.

— Я уже звоню! – вмешалась Дилли – она начала набирать номер.

Лидия направилась к двери.

— Не советую. Я мигом испорчу тебе репутацию, – предостерегла она, проходя мимо.

Убедившись, что Лидия не собирается возвращаться, Дилли быстро закрыла входную дверь.

— Убери телефон, Дилли. Она этого не стоит.

— Нельзя же спустить это с рук! Она тебя ранила. – Дилли подошла к раковине и смочила водой чистую тряпку. – Кровь идет. Дай я посмотрю.

— Это не в первый раз.

Дилли поразила горечь в его голосе.

— Можешь ничего не объяснять, – сочувственно проговорила она.

— Нет, я должен многое тебе рассказать, но не знаю, с чего начать. Я еще никому этого не говорил.

— Почему? – спросила Дилли, осторожно промывая рану.

— Потому что мне стыдно и неприятно это вспоминать. Тошно от одной мысли.

Дилли прекрасно понимала его чувства.

— Но ведь нужно куда-то заявить!

— Какой смысл? У Лидии богатые и влиятельные родственники, среди которых есть известный журналист в центральной газете. Ей плевать на правду и справедливость. Она глазом не моргнув состряпает историю о знаменитой художнице и ее романе с учителем. Будет упиваться публичным вниманием и разыгрывать из себя жертву, утверждая, что это ты развалила наш брак, и умалчивая об истинной причине. Как представлю, что ее лживая история попадет на главные страницы, кровь вскипает от ярости.

— Это ужасно несправедливо. У тебя есть антисептик и бинты?

Макс указал на верхний ящик кухонного гарнитура.

— Я знаю, но нужно поступить так, как будет лучше и тебе, и мне.

Дилли кивнула, она не хотела настаивать. Пока она перевязывала рану, оба молчали.

— Вот и все. Хочешь чего-нибудь выпить?

— Нет, а ты?

Она покачала головой, и Макс жестом пригласил ее присесть на диван. Они сели рядом.

— Твой отец мне все рассказал. Ты думала, что я подставил тебя на аукционе. Я этого не делал, Дилли. Никогда бы так не поступил. Но я и правда приехал на Птичий остров ради тебя.