Книга Формула любви для ректора, страница 8 – Ханна Леншер

И наконец, настал наш черед. Пятница. Три часа дня. Факультет чаротворчества собирался в круглом зале на втором этаже Южной башни.

Я сидела в первом ряду, нервно выстукивая ритм пальцами по полированной столешнице. Мое глубокое, темно-зеленое платье, как всегда, было застегнуто под самое горло, а волосы стянуты в тугой узел. Настоящий солдат перед решающей битвой.

В отличие от моих коллег-женщин.

— Вы видели, как он вчера прошел по внутреннему двору? — с придыханием шептала Лорена Блайт, преподавательница стихийных плетений, поправляя глубокое декольте и обильно поливая себя цветочными духами. — Какая стать! Какие плечи!

— И глаза, — вторила ей молодая ассистентка Мириам. — Такие синие, как сапфиры. Говорят, он герой приграничья… Настоящий мужчина.

Я закатила глаза так сильно, что едва не увидела собственный мозг.

— Леди, умоляю, — не выдержала я, поворачиваясь к этим восторженным девицам. — Мы преподаватели ведущего магического вуза страны или стайка весенних кошек? Этот настоящий мужчина не имеет ни малейшего представления об академической этике. Важнее то, что он скажет о наших учебных планах, а не ширина его плеч.

Лорена обиженно поджала накрашенные губы:

— Ой, Лилиан, ты вечно видишь во всем только графики да схемы. Тебе всего двадцать шесть лет, а ведешь себя как старая дева! Неудивительно, что ты не можешь оценить такую… мужскую харизму.

Я стиснула зубы, собираясь выдать ей лекцию об уважении, но в этот момент массивные двери круглого зала с грохотом распахнулись, и щебетание мгновенно стихло.

Ректор Дамиан Рейвенхарт вошел в аудиторию, как завоеватель входит во взятый город. На нем не было обязательной академической мантии — только черный, идеально скроенный костюм, который подчеркивал его пугающие габариты, да тонкая водолазка, облегающая стальные мускулы. Он небрежно кивнул декану нашего факультета, сухощавому магистру Фламелю, ленивой походкой прошел к трибуне и оперся на нее обеими руками, обводя нас тяжелым взглядом своих невыносимо-синих глаз.

На секунду дольше он задержался на мне. Губы Рейвенхарта дрогнули в едва заметной, насмешливой полуулыбке. Внутри меня все закипело от одного только воспоминания о книжной лавке.

— Добрый день, коллеги! — Его глубокий баритон резанул по тишине зала. — Не будем тратить время на пространные расшаркивания. Я изучил отчеты о работе факультета чаротворчества за последние три года. И, признаться честно, я в недоумении.

Он выдержал паузу. Сердце у меня тревожно екнуло.

— Ваш факультет поглощает треть бюджета всей академии, — продолжил Дамиан, отбивая каждое слово, словно ритм боевого барабана. — Вы сидите в башне, перебираете старые свитки, рисуете сложнейшие пентаграммы и пишете труды о нестабильных потоках маны в многомерных пространствах. Вы тратите месяцы на то, чтобы изобрести чары, которые заставят иллюзорную бабочку махать крыльями в ритме вальса.

Профессор Фламель побледнел и попытался вставить слово:

— Ректор, это тонкое искусство матриографии, оно требует…

— Оно требует слишком много времени! — резко оборвал декана Рейвенхарт, и его голос ударил по ушам, усиленный драконьим рыком. — Академия должна выпускать магов, способных защитить себя и государство, а не строителей воздушных замков.

Он обвел нас презрительным взглядом.