Книга Рецепт: как вернуть любовь, страница 104 – Саша Вандэр

— Ты не был обязан прощаться, – ответила я, скрывая от него своё волнение.

— За то, что ни разу тебе не написал, – он сделал ещё один шаг, а я – шаг назад.

Возможно, я боялась снова довериться ему, боялась разочарования. Боялась, что робкая надежда, которая начала зарождаться во мне, будет растоптана.

— Это не так важно, – в глазах уже начинало щипать от слёз.

— Я хочу извиниться за то, что обидел тебя год назад, – произнёс Никита, и его голос смягчился, заставляя сердце биться ещё сильнее. – Я не хотел причинять тебе боль, когда свалил на тебя вину за ту ситуацию со Стасом. В тот момент я не видел, что корень всех проблем был во мне, а не в тебе. Ты, напротив, стала тем человеком, который помог мне открыть глаза на правду, которую я так упорно игнорировал. Мне искренне жаль, что я задел твои чувства. За этот год я многое переосмыслил и часто вспоминал… о тебе.

Мы оба повзрослели и теперь понимаем, как глупо вели себя в прошлом. Никита осторожно взял мои руки в свои. Слёзы хлынули из глаз, и я посмотрела на него, заметив, как его лицо исказила печаль. Он поднял руку и нежно коснулся моей щеки, стирая с неё влагу. Этот жест, такой простой и такой значимый, говорил больше, чем любые слова. В нём было и раскаяние, и надежда, и тихая мольба о прощении.

— Почему… – почти шепотом спросила я. – Почему ты не сказал этого раньше?

— Я… я боялся, – ответил Никита, и в его голосе слышалась вся боль. – Боялся, что ты не сможешь меня простить.

Внутри меня что-то надломилось, и больше не было сил сдерживать этот поток. Слёзы хлынули, не спрашивая разрешения. Никита тут же обнял меня, прижал так сильно, что я почувствовала, как стучит его сердце. Я вцепилась в его рубашку, позволяя всем накопившимся чувствам вырваться наружу, а он, не произнося ни слова, лишь гладил мои волосы.

— Дурак, – сказала я сквозь рыдания. – Ты такой дурак.

— Я знаю, – тихо произнёс Никита, прижимая меня к себе ещё сильнее. – Знаю, Поля

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ворвалась шумная компания. Мирон, с его вечной широкой улыбкой и блестящими глазами, остановился на пороге, оглядывая нас. Его взгляд задержался на моих заплаканных глазах и на Никитином лице, которое, казалось, потеряло всю свою нежность.

— Полина, что случилось? Почему ты плачешь? – чуть ли не прокричал он, а на лице.

От неожиданности я отпрянула от Никиты. Всё произошло мгновенно. Нога предательски поехала по скользкой плитке, и я, не успев даже ойкнуть, полетела прямиком в бассейн. Холодная вода накрыла меня с головой, моментально заглушив все звуки. В панике я начала судорожно грести. Руки и ноги работали как заведённые, словно сами знали, что нужно делать, чтобы выплыть. И тут, сквозь толщу воды, почувствовала, как чья-то сильная рука крепко схватила меня за запястье и потянула вверх. Инстинктивно я ухватилась за неё, как за спасительную соломинку. Вынырнув и жадно глотнув воздуха, я открыла глаза и увидела перед собой его – любимое лицо, искаженное тревогой.

Коттедж оказался на удивление приличным, как снаружи, так и внутри. Я закинул сумку в дальнюю комнату на первом этаже и вышел в коридор осмотреться. Но не успел дойти до кухни, как меня окликнули.

— О, Никита! А я уж думал, ты не появишься! – Андрей протянул мне руку для приветствия.