Книга Под звездным дождем, страница 55 – Макс Рейн

Соня улыбнулась и процитировала:

— Вчера я был умным, поэтому хотел изменить мир. Сегодня я мудр, поэтому меняюсь я сам.

— Ну да, – засмеялся он и поцеловал ее в висок.

Сонька снова улыбнулась, не отрывая взгляда от костра. Оранжевые угли притягивали внимание. Она казалась поглощенной горящим пламенем, но боковым зрением все равно видела, как внимательно Кирилл смотрит на нее, будто изучая.

— Правду говорят, что на огонь можно смотреть бесконечно, – тихо произнесла она.

Кирилл кивнул.

— Смотреть и мечтать, – уточнила Сонька.

— И о чем ты мечтаешь?

— Я мечтаю о маленьком домике с камином. Представляю, как зимними темными вечерами буду сидеть возле него, смотреть на огонь, пить вкусный чай и думать обо всем на свете.

— А ничего, если рядом с тобой буду сидеть я? – тихо предложил он, гладя ее по волосам.

— Я согласна, – не задумываясь, ответила она. – Будем сидеть рядышком, до самой старости, пока смерть не разлучит нас.

Соня тихо засмеялась, играя ямочками на щеках. Кирилл тоже улыбнулся, не отрывая от нее глаз. Она нравилась ему все больше, в ней чувствовались легкость и характер – редкое сочетание. Сонька притягивала и успокаивала его, как огонь среди этой темной ночи, но красота ее была не обжигающей, а теплой и живой. На нее постоянно хотелось смотреть. Вот она убрала тонкой рукой отбившуюся прядь волос, улыбнулась, опустила глаза. Нежная. И до боли знакомая.

Вдруг вспомнилась красавица Стелла. Сколько раз он ловил на себе завистливые взгляды парней, когда шел рядом с ней. Сперва это ему даже нравилось, потом опротивело, затем стало безразличным. Но разве Стелла была действительно столь уж красива? Сейчас он уже так не считал. Все в ней ему теперь казалось слишком ярким и приторным.

— Ты задумывался когда-нибудь о смерти? – прервала его мысли Соня.

— Велика радость, что о ней думать? Придет и придет.

— Ну как же, она напоминает, что ничего не вечно, помогает человеку ценить жизнь и быть лучше…

— Или хуже.

— Почему?

— Ну, когда думаешь, что все равно умрешь, особо не паришься. Берешь от жизни максимум – и все.

— А после смерти что тогда?

— Так ты об этом? Я не религиозен и не верю в жизнь после смерти. Ее, как мы знаем, никто не доказал.

— Но никто не опроверг. А ты во что веришь?

— В себя, – я думаю, что человек сам создатель своей судьбы. Сейчас любят Богом прикрываться и на него все сваливать. А многие ли из них действительно верят в Бога, и в чем она выражается, эта вера? В походах в церковь? Не знаю. Не моя это тема.

— Да, моя бабушка тоже так говорит. Смотришь на некоторых, на груди крестик, а в душе нолик.

— А что это ты вдруг?

— Да так, навеяло.

Они замолчали, вслушиваясь в музыку ночи.

— Хорошо, что ты переехал, – неожиданно сказала она. – Иначе я б не встретила тебя…

— Иначе я не встретил бы тебя…

Их губы слились в горячем поцелуе.

— Вон и они, – тихо произнес Милан, кивая головой в сторону приближающихся Сони и Кирилла.

Ребята замолчали и устремили свой взгляд на идущую в их сторону пару. Соня и Кирилл шагали, как во сне, едва замечая дорогу перед собой. Она смотрела на него горящими глазами, а он нежно целовал ее пальцы, свободной рукой катя рядом велосипед. Они шли медленно, в такт своим чувствам, словно это был их собственный мир, где ничто другое не имело значения. А вокруг них царила любовь, настоящая, всепоглощающая, точно огонь до небес. И это было заметно даже не особо разбирающемуся в таких делах Алику.