Книга Простушка для мажора, страница 25 – Рина Фиори

Он такой умопомрачительный и приятный, что хочется вдыхать его снова и снова…

— А что с твоим лицом? – полушёпотом спрашивает Градский. – Ты что-то сникла резко, это из-за встречи со сводными?

— Нет! – выпаливаю торопливо, потому что…

Потому что Рома говорит правду, я действительно расстроена из-за предстоящей встречи. Но мне не нравится, что парень читает меня, как открытую книгу.

— А мне кажется, что да, – шепчет, неожиданно касаясь пряди волос возле моего лица.

Он аккуратно накручивает её на палец, играя, а я даже не сопротивляюсь, стою, словно заколдованная, и рассматриваю лицо парня. Густые брови, чётко очерченный контур губ, пронзительный взгляд тёмных глаз.

И эти его волосы, которые непослушными прядями падают на лоб. Неожиданно я ловлю себя на мысли, что хочу зарыться в них рукой и отбросить назад, чтобы не мешались.

А потом провести подушечками пальцев по колючей щетине, но это всё только в мечтах, в жизни я себе подобного никогда не позволю.

— Возможно, – сдаюсь, тоже переходя на шёпот.

Неведомым мне образом забываю о том, где мы находимся. Весь мир перестаёт существовать и концентрируется в одном моменте.

По позвоночнику проносится табун бешеных мурашек, а во рту мгновенно пересыхает. Неосознанно провожу языком по обезвоженным губам, совершенно не предполагая, какую реакцию вызову этим необдуманным действием.

Градский смотрит на меня так, будто сейчас съест, только вместо страха я испытываю дикое волнение. Предвкушение чего-то неизвестного разносится по телу горячими потоками, концентрируясь в нескольких точках одновременно.

Это так неправильно, всё, что я сейчас чувствую, но об этом я подумаю позже.

А сейчас меня охватывает непреодолимое желание сделать что-то такое плохое, несвойственное моему обычному поведению. Выйти за рамки, которыми меня ограничивают все, кому не лень.

И я это делаю: привстав на носочки, обвиваю шею парня руками и прикрываю глаза.

Его ладони уже давно обосновались на моей талии, буквально прожигая ткань блузки и оставляя ожоги на коже.

— Ты космос, Цветочек, – выдыхает Рома прежде, чем коснуться моих губ.

Лёгкое, невесомое прикосновение сменяется твёрдым напором, которому я не в силах противостоять. Мысли из головы улетают прочь, и думать я могу сейчас только о том, как повторить все те движения, которые язык парня выделывает у меня во рту.

Но в этом, похоже, нет необходимости, Градскому плевать на мою неопытность, я в этом уверена почему-то. Он полностью забирает инициативу в свои руки, двигая меня в нужном направлении.

Мне так хорошо, так приятно, тело буквально парит над землёй, и чувства стыда нет совершенно.

Ровно до того момента, пока дверь квартиры сводных не открывается, с грохотом ударяясь о стену…

— Ааа, какого… хрена? – голос Агаты разбивает волшебство момента вдребезги.

Я с силой отталкиваю от себя Рому, сама же двигаюсь вдоль стены подальше от двери.

Рука инстинктивно взмывает вверх, и подушечками пальцев я касаюсь горящих после долгого поцелуя губ.

Смотрю прямо перед собой, потому что ни на Рому, ни на Агату смотреть мне не позволяет совесть.

Что же я наделала?

Какой бы вредной не была моя сводная сестра, но она не заслуживает предательства, как и любой другой человек.

А я…

Я целовалась с её парнем, и теперь готова сгореть от стыда.