Книга Адептка вне закона, или как спастись от ректора!, страница 72 – Анастасия Смирнова

В его руках коротко мигнул кристалл-определитель тьмы.

Мое сердце пропустило удар. Если ритуал не сработал... Я инстинктивно подалась в сторону Рейна.

«Спокойно, — скользнула по разуму его уверенность. — Смотри на кристалл».

Я скосила глаза. Кристалл в руках Кроу на секунду вспыхнул багровым — и тут же залился ровным, чистым голубым светом, фиксируя лишь магию высшего льда. Инквизитор раздраженно сжал челюсти и сунул артефакт в карман. Сработало! Мы обманули их поисковики!

От облегчения я чуть не рассмеялась вслух и почти вприпрыжку побежала к столу боевого факультета, где мне уже отчаянно махала Ирис. Грог пододвинул мне тарелку, на которой возвышалась гора сосисок.

— Лекса! Живая! — Ирис схватила меня за руку. — Твоя записка... Я думала, поседею! Где ты пряталась? И почему от тебя пахнет... ректорским парфюмом с кардамоном?!

Я поперхнулась сосиской. Грог заботливо, как вчера, хлопнул меня по спине.

— Орки говорят: если пахнет чужим самцом, значит, спали в одной берлоге, — философски прогудел он на весь стол.

— Грог! — я в ужасе округлила глаза, молясь, чтобы Рейн, сидевший на возвышении за преподавательским столом, этого не услышал.

Но по нашей связи тут же прилетело отчетливое: «У твоего зеленого друга отличная дедукция, Веспер».

Я уткнулась лицом в ладони.

— Это для маскировки, — прошептала я друзьям. — Рейн наложил на меня иллюзорный щит, чтобы Инквизиция не засекла Бездну. Но теперь... в общем, мне нельзя отходить от него далеко.

Ирис моргнула.

— Насколько недалеко?

— На сто метров.

— О, Бездна милосердная! — Ирис зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться. — То есть, если ректору нужно будет... эм... в уборную?

— Я буду стоять под дверью и делать вид, что изучаю архитектуру! — огрызнулась я, чувствуя, как краснею.

Завтрак закончился под звон гонга. Профессор Вивальди, сверкая парадной золотой мантией, вылетел на середину зала на левитирующей платформе.

— Внимание участникам Зимнего Турнира! — его голос, усиленный магией, разнесся под сводами зала. — Вчерашний Лабиринт показал вашу стойкость! Сегодня мы проверим ваше умение работать в непредсказуемых условиях! Второй этап — Оранжереи Плотоядной Флоры!

По залу прокатился испуганный стон. Оранжереи Академии славились тем, что их главный садовник, полубезумный эльф-ботаник, скрещивал там мандрагоры с драконьим плющом.

— Каждая пара участников должна добыть Цветок Лунного Эха, — продолжал Вивальди. — Цветок распускается, только если спеть ему колыбельную. Но будьте осторожны: остальные растения в оранжерее не любят музыку! И еще одно правило... — профессор хитро прищурился. — Магия стихий в оранжереях запрещена! Только физические навыки, зелья и артефакты!

Я сглотнула. Запрет на стихийную магию означал, что Дариан не сможет просто заморозить все эти кусачие кусты.

«Сможешь спеть колыбельную, не фальшивя?» — поинтересовался Рейн в моей голове, поднимаясь из-за стола.

«Я могу спеть так, что завянут даже плотоядные фикусы. Это считается?»

Через полчаса все участники толпились у стеклянных куполов оранжерей. Воздух здесь был влажным, душным и пах гниющими фруктами. За мутным стеклом извивались лианы, подозрительно напоминающие гигантские щупальца.

Рейн подошел ко мне, на ходу снимая камзол и оставаясь в легкой льняной рубашке, обрисовывающей широкие плечи. Некоторые студентки позади нас синхронно вздохнули.