Книга Запрет на истинность, страница 18 – Светлана Томская

Захожу в свою комнату умыться и переодеться. Полёт помогает очистить мысли.

Тяжесть пережитого ночью сгладилась, тем более что всё закончилось хорошо. И сейчас я ощущаю только опустошение и усталость. В дверях сталкиваюсь с Анисой.

— Ну как?

Показываю большой палец.

— Вообще-то, все уже в курсе, что средство работает, — тараторит она. — Я спросила, чтобы узнать, успели ли вы?

— Успели. А как вы проверили?

— В ближайшей больничке, — охотно делится Аниса. — Там оказался пациент с начальной стадией чахотки. Наши целители попросили чампа зарядить ещё пару банок и рванули туда проверять. Так что имя чампа гремит теперь на всю академию Наши целительницы прямо-таки прохода ему не дают. Ты когда-нибудь могла себе такое представить, чтобы вся девичья часть академии крутилась вокруг чампийского дикаря?

— Он не дикарь! — жёстко говорю я и, понимая, что сказала это чересчур эмоционально, пытаюсь оправдать свою резкость. — Этот, как ты говоришь «дикарь», в целительстве смыслит больше наших лекарей.

— Ой брось, — легкомысленно отмахивается Аниса. — Нет, ты, конечно, права, он маг и к тому же двухстихийный. И он в состоянии сделать препарат. Но ты же не думаешь, что он сам его изобрёл? Так-то он не на целителя приехал учиться, а на боевуху, как все чампы.

Пожимаю плечами.

— Знаешь, Нисса, кто бы ни изобрёл… Но мне кажется, что мы недооцениваем чампов. Судим о них по детским сказкам. А они, похоже, кое в чём далеко шагнули.

— А кочевники? — с возмущением спрашивает подруга. — Они ведь до сих пор нападают на наши посёлки.

— А разбойники? — горячусь я.

— Какие разбойники, — удивляется Аниса.

— Которые в лесах Империи подкарауливают караваны. Можно ли судить обо всей Империи по разбойничьим шайкам?

— Рис, что с тобой? Ты стала активной защитницей чампов?

— Я стараюсь быть справедливой, — говорю я уже тише и поясняю: — Сестричке Крианны семь лет, и, если бы не этот «дикарь»…

— Понимаю, а я уж было подумала, что ты втрескалась в него, как многие из наших адепток.

— Вот ещё! — восклицаю я. — Глупости какие.

Отворачиваюсь от Анисы, чувствуя, что краснею. Что-то я слишком часто стала краснеть последнее время. Хорошо, что подруга не замечает моего смущения. Она, наконец, поняв, что я устала, спрашивает сочувственно:

— Тебе было очень тяжело там?

— Очень, — честно отвечаю я. — Боялась, что не поможет.

Подруга обнимает меня, и я наконец-то отправляюсь в купальню, попросив её принести что-нибудь с завтрака.

Умудрившись не уснуть в ванной, я добираюсь до кровати и отключаюсь.

Просыпаюсь я жутко голодная, но зато вполне бодрая. На столе стоит давно остывший завтрак, а судя по лучам солнца, падающим на картину, что висит на стене, дело к вечеру.

Подскакиваю на кровати.

— Рия!

Откусываю солидный кусок творожника и, жуя, начинаю одеваться.

Ну и пусть я проспала все занятия. Причина уважительная. Ну да, вчера я опоздала — ящера запечатлевала, сегодня в другой город летала. Но ведь правда же уважительная? А вот с Рией нехорошо получается.

И, кажется, я хотела найти Роана. Ну да, чтобы не оставаться с Эйнаром наедине.

А чего я боюсь? Впервые у нас почти цивилизованный чамп. Я сама утром уверяла Анису, что он не дикарь.

Память услужливо подкидывает мне воспоминание о том поцелуе в лесу. Не очень-то цивилизованно он себя вёл. Отгоняю сомнения. Сейчас мы в академии и не в полудикой Чампии, а в Империи. И я сумею поставить его на место, если он забудется.