Книга Запрет на истинность, страница 6 – Светлана Томская

— Смотри. — Я выкладываю осколок омаксурита в центр круглой платформы, исчерченной геометрическими фигурами.

Среди всех линий выбираю равносторонний треугольник. В углубления, расположенные на его вершинах, кладу аквамарин, аметист и янтарь.

У меня даже руки подрагивают от волнения. Приговариваю:

— Чашу воды ставим со стороны аквамарина, зажжённую свечу — рядом с янтарём, ну а воздух, сама понимаешь, он везде. Поехали?

— Давай, — шёпотом подбадривает меня Тэффи.

Если кто-то и может активировать сразу три артефакта разных стихий, то это только я и мой брат. Да и то у Роана и дракон, и все три стихии проснулись совсем недавно, и он, оставив военную службу, с этого года учится в Академии на самом младшем курсе. Я же учусь на третьем. Потому что моя драконица и мои три стихии проснулись ещё в детстве без всяких усилий с моей стороны и без всяких там истинностей.

Надо сказать, само слово «истинность» меня пугает. Роан и Тэффи, конечно, идеальная пара, но себя я плохо представляю в роли чьей-нибудь истинной. Это же ужасно, когда по прихоти судьбы у тебя появляется метка и незнакомый мужчина начинает предъявлять на тебя права.

Бр-р-р. Предпочитаю сама решать свою судьбу.

Некстати вспоминается чампийский дикарь. И я всего на одно мгновение представляю, что вот такой монстр может по воле Асхара оказаться чьей-нибудь парой. Главное, чтобы не моей. По позвоночнику пробегает волна жара. Во рту становится сухо, а губы начинают гореть. Проклятый дикарь. Как он только посмел ко мне прикоснуться?

— Рис, ну ты чего замерла? — осторожно зовёт меня Тэффи. — Если опасаешься, может, кого-нибудь из магистров позовём для контроля?

Встряхиваю головой, отгоняя лесное наваждение. Отвечаю, отчётливо произнося каждое слово:

— Ни. За. Что! Это моя идея.

Сосредотачиваюсь на Хранилище силы, мысленно разделяю свои стихии и по ниточке выуживаю оттуда сначала воздух. Это самое простое, он у меня от мамы. Маленький аккуратный смерч закручивается над аметистом. Затем у меня получается свить водяную воронку над аквамарином. Чаша с водой стремительно пустеет. И наконец огонь. Направляю свою стихию на янтарь, и артефакт отбирает пламя у свечи.

Три смерча над тремя минералами.

«Ну, Айрис, смелее», — подбадриваю себя.

У меня получается соединить все три стихии над омаксуритом. Несколько секунд разноцветная арка из трёх опор вибрирует. А потом раздаётся хлопок, и всё это великолепие втягивается в минерал.

Э-э-э… И что? Это всё?

За моей спиной грустно вздыхает Тэффи:

— Ну это же поглотитель. Он и должен впитывать магию в себя.

— Он должен впитывать в себя излишки, создавая идеальный баланс между стихиями, — сердито говорю я. — Я читала в трактате.

Мне обидно до невозможности.

— Ну вот что не так? Я же по схеме делала. — В сердцах хлопаю ладонью по столу, и минерал неожиданно возвращает сожранную воду в виде фонтана кипятка.

Еле успеваю отдёрнуть руку, но несколько капель всё же попадают на кожу, и я шиплю от боли.

Тэффи охает:

— Рис, тебе срочно надо к целителю.

— Глупости, — мрачно отвечаю я. — Ты забыла про драконью регенерацию. Пока дойду до целителя, всё заживёт.

Боль от ожога быстро утихает, и я снова переключаюсь на проблему:

— Что же я сделала не так?

— Я сейчас, может быть, скажу глупость, но… — начинает Тэффи. — Что, если омаксуриту, для того чтобы правильно сработать, нужны все стихии, а не только три?