Книга Запрет на истинность, страница 80 – Светлана Томская

Глазами указываю на дверь, через которую пришли жуткие новости.

Лицо мамы мрачнеет. Она кивает на перегородивших выход гвардейцев.

— К тебе сейчас приставят охрану, — говорит она. — И ты пойдёшь к себе. Думаю, вам стоит сегодня же вечером вернуться в Академию. Расследование займёт время. Сама понимаешь, праздничного ужина не будет.

— Асхар с ним, с ужином, — не выдерживаю я. — Разве это сейчас важно? Что с тем парнем… Тавином? Он ранен?

— Нет, — коротко отвечает мама после секундного колебания. — Но больше я ничего не знаю.

Не знает она… Мама всё время забывает, что драконы чувствуют ложь. Сказав мне о смерти парня, она избегает разговора о том, что именно произошло. А от этого ещё страшнее. Да ещё и стремится отправить нас как можно быстрее в Академию. Кстати, кого «нас»?

— Иди, собери вещи и будь готова к отъезду. Капитан Эварт, как зеницу ока…

— Не беспокойтесь, Ваше Величество.

В мои покои меня сопровождают аж трое гвардейцев и сам капитан Эварт. Попытка расспросить по дороге о происшествии наталкивается на череду вежливых отказов в стиле «не стоит вашего волнения».

— Я хочу побыть одна, — резко отвечаю я капитану, когда он предлагает позвать служанок. — Сама позвоню, когда потребуется.

Может, моё поведение и невежливое, но мог бы хоть что-нибудь объяснить, а не увиливать.

Оставшись в одиночестве, я бросаюсь к окну — этаж второй. И под окном у меня растёт огромное старое дерево, которое толстым обрубком ветки упирается в мой подоконник. Мама едва ли знает, каким образом я выбиралась в детстве из своей комнаты.

Взгляд за окно показывает, что даже если мама не знала, то отлично знал капитан Эварт. Потому что под окном стоит пост из двух гвардейцев. Один из них оглядывает окрестности, а второй, прислонившись к стволу, уставился на мои окна.

— Хангова задница, — вырывается у меня ругательство, которого я обычно, как хорошо воспитанная принцесса, стараюсь избегать даже наедине с собой. Но сейчас всё моё терпение заканчивается, и выдержка трещит по швам.

И дело не во мне. Разумом я понимаю, что лучше спокойно отсидеться в своей комнате. Мужчины сами разберутся. Но Райлинг нервничает и рвётся наружу. Мне кажется, ещё миг, и она попытается совершить оборот. А тогда мы с ней выломаем окно вместе с рамой и станем очень заметными. Я ещё её прошлый полёт не забыла с отрезвлением в водопаде. Попытка уговорить драконицу сидеть смирно результата не даёт. Ну что ж, окно и дверь не единственные выходы.

В конце концов, существуют ещё тайные ходы, о которых не знает ни капитан, ни даже начальник дворцовой стражи. Старый император позаботился о возможности скрыться на случай какого-нибудь заговора. Никто нам с Ро об этих запасных ходах не рассказывал. Но мы с ним в детстве были очень любопытными.

Отодвинув гобелен за альковом кровати, я вкладываю ладонь в едва заметную выемку, и часть стены послушно отъезжает в сторону. Никакие заклинания не способны открыть этот тайный ход. Механизм подчиняется только прямым потомкам Императора.

Через минуту, убедившись, что стена плотно сомкнулась, я уже, мягко ступая, спешу по коридору. Здесь есть магические светильники, но я не люблю ими пользоваться. Хватает и огоньков, которые зажгла на кончиках пальцев.

Подумав, выбираю ответвление, ведущее прямо в сад. Там всё произошло, по словам Дангура, и наверняка расследование до сих пор ведётся. Никто не знает сад лучше меня. Я просто посмотрю издали. И послушаю. Тому, кто может воспользоваться слухом дракона, близко подходить необязательно. Меня никто не увидит.