Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 37 – Светлана Томская

Отпираться бесполезно.

— Да, здесь есть кто-то невидимый.

— Уверена?

— Да.

— Хочешь увидеть?

— Ещё бы, — я задыхаюсь от волнения.

— А не испугаешься?

Я не уверена, но мотаю головой. Вспоминаю поговорку: «От любопытства кошка сдохла». Но настоящего страха, когда трясутся поджилки и теряешь разум, во мне нет. А есть огненное неуёмное желание увидеть. Я просто сгораю от него.

Высший встаёт и подходит к одному из стеллажей, с видимым усилием вынимает с полки книгу, и огромный книжный шкаф начинает поворачиваться. И вот тут мне становится не по себе. Я, конечно, неопытна и юна, но отнюдь не дура. Если человеку показывают некий секрет, такой, как потайной ход, например, то с ним непременно что-то потом случается. И в лучшем случае это печать немоты или забвения, как кому повезёт.

Но я уже влипла, назад, как всегда, дороги нет. Следую за магом, ощущая дрожь в коленках, и что особенно неприятно, чувствую, как струйка пота стекает по спине. Нос невидимого существа приближается. И, мне кажется, я слышу, как оно втягивает ноздрями мой запах. Не знаю, кто он, но мне уже неловко. Истинные леди должны благоухать цветочными ароматами. Наверное, Лера права, поливая себя духами.

Короткий слабо освещённый проход и мы в огромном зале с золотистыми стенами. Я осторожно касаюсь ближайшей, рядом с дверью, через которую мы вошли. Тёплый камень. Он напоминает мне…

— Янтарь, — отвечает маг, проследив за моим взглядом и рукой.

— Не может быть, так много, — я с восхищением оглядываю зал.

Окон в помещении нет. Все стены состоят из янтарной мозаики от светлых до тёмно-коричневых оттенков. Десятки, сотни картин из бесценного камня. И они светятся изнутри.

— Но, он же очень дорогой.

Маг забавно хрюкает от смеха, но тут же становится серьёзным:

— Не всё измеряется деньгами. Янтарь не дорогой, он бесценный. Солнце отдаёт ему свою силу. А янтарь делится с теми, кто владеет огнём. Но для этого надо учиться. Именно поэтому ты в Академии.

— Такое сокровище может быть только, — мой голос снижается до шёпота, — во дворце…

— … императора, — заканчивает за меня маг. — А теперь смотри.

Мы уже не одни в зале. В центре разрастается сгусток золотистой дымки, а внутри неё огромное существо. Мама дорогая, это же дракон. Их же не бывает. И смотрит он прямо на меня.

— Иди, — говорит маг, и я делаю неуверенный шаг вперёд.

Я стою перед чудом. Дракон великолепен.

— Подойди ближе, — звучит у меня в голове, и я понимаю, что дракон и есть та самая невидимая сущность, которая изучает меня с того мгновения, как я появилась здесь. Мы похоже стоим друг друга.

Он такой свой и хорошо знакомый, нас объединяет любопытство, и одновременно, я чувствую его могущество и жестокость. Но мне это не враждебно. Осторожно ладонями касаюсь его мягкого носа, и дракон фыркает.

И в то же время я понимаю, что только часть его в этом мире. Он наполовину не существует. И это больно.

— Он принял тебя, — слышу я незнакомый голос, усиленный магией, и видение исчезает.

Я стою в центре зала, золотистая дымка развеялась. Передо мной на высоком кресле, наверное, так выглядит трон, сидит пожилой человек. Его лицо кажется мне смутно знакомым.

Трон. Император. Но это не главное. Бог. Передо мной Бог Огня, такой же как на изображении в нашем Соборе. Только старше. И шрам, пересекающий правую бровь и щёку. Этого не было на фреске.