Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 55 – Светлана Томская

Делаю вид, что увлечена пейзажем за окном. И получается вполне искренне. Только на этот раз я осторожно выглядываю через небольшую щель между шторами. Драгоценная россыпь разноцветных домиков вдоль всей дороги, увитых цветами, украшенных к празднику завораживает. Состязания уже не кажутся мне чем-то страшным, наверное, потому, что я привыкла к этой мысли. Говорят же, что человек привыкает ко всему. Мы уже на центральных улицах. Несмотря на раннее время, здесь многолюдно. Вкрапления приезжих почти незаметны. Тревожное чувство, появившееся при виде чампов окончательно исчезает. Коричневых ящеров и их заросших бородами всадников не видно. Зато немало стражей порядка.

Покосившись на спутника, убеждаюсь, что он уже на меня не смотрит, и момент для атаки подходящий.

— Сколько императриц было у отца?

У меня получилось его ошарашить.

— М-много, — отвечает он, не успев подумать, и судорожно со свистом вдыхает воздух.

— А всё-таки?

Он медленно поворачивает голову из стороны в сторону так, словно его душит воротник. Ну же, не молчи. Не думай, как ответить. Я хочу знать правду.

— Тея, — наконец говорит он. — Императору почти триста лет. Какая женщина не то, что сохранить молодость и красоту, но прожить столько сможет?

Ну да, конечно, старухи во дворце ненадобны. Вот только дело не в старости.

— Он отсылал их едва они должны были стать мамами?

— Откуда ты… С чего ты взяла? — он уже взял себя в руки и приготовился отражать мои вопросы.

— А дракон переходит вместе с магией? — рванула я в другую сторону.

Вот это я его зацепила. А у нашего инспектора оказывается большие серые глаза. Я б даже сказала глазищи. Пока он в некотором смятении, наклоняюсь к нему и доверительно сообщаю:

— Лучше, если вы ответите мне на вопросы, чем я начну приставать ко всем попало.

— Не надо, — вырывается у него.

— Чего именно?

— Ко всем попало не надо. Не знаю Тея, какой ящер тебе на хвосте принёс, но сами по себе вопросы уже могут повредить и тебе и тому, из кого ты будешь пытаться выудить ответы.

— Тогда говорите вы.

Магистр Грет некоторое время сидит молча, слова подбирает, видимо. Ему нужно пройти по канату над пропастью: удовлетворить моё любопытство и ничего не рассказать. Ну-ну. Судя по его реакции на первые вопросы, сны оказались настоящими. А значит, сюрпризов у меня для инспектора ещё много. Наконец, он решается, но сначала глубокомысленно изрекает, разглядывая что-то за окном:

— В конце концов, для высших, да и для всех во дворце это не секрет. Почему я не могу сказать об этом дочери Императора?

Он поворачивается ко мне, глядя прямо в глаза. И у меня мурашки бегут по телу, нет не те, которые набегавшись собираются всем табуном внизу живота, отключая голову. Это что-то иное, предвкушение нового, способного взорвать весь мой крошечный мирок. И это не страх.

— Бог и дракон едины. Дракон это и есть ипостась Бога, которая передаётся вместе с магией от Императора к Императору. Причем, ни дракон, ни сам Император по отдельности Богом не являются. Только вместе. И именно дракон заставляет спешить с выбором преемника. Тело императора слабеет, и связь с драконом истончается. Он уже не может взлететь в небеса.

Я ахнула:

— Так это не сказки про золотого дракона, который парил над империей, охраняя границы?