Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 99 – Светлана Томская

В следующее мгновение я отскочила, прижимая руки к шее влажной то ли от холодного пота, то ли от крови, и в ужасе оглядываясь. На полу беседки лежала женщина в тёмно-синем платье, устремив мёртвые раскосые глаза в потолок. В центре её лба чернело пятно ожога, правая рука, в которой ещё недавно был клинок, выглядела так, словно её обварили кипящим маслом. Меня слегка затошнило.

— Только не говори, что ты и сама бы справилась, — рядом возник Рэйнер. Он стоял очень близко, нависая надо мной, но я впервые не почувствовала в его присутствии смущения. Он просто, как и я разглядывал дело наших рук. — Ты молодец, не растерялась.

В его голосе звучало одобрение преподавателя.

— Растерялась, оно как-то само, — ответила я. — А как вы догадались?

— Ну я видел, как слуга вернулся во дворец без тебя, а эта, — он кивнул в сторону лежащей, вышла и пошла в твоём направлении.

— И как вы поняли?

— Назначала мне Лера пару раз свидания. Эта особа служанка её матери. Она каждый раз появлялась своевременно, чтобы остановить Леру от необдуманных поступков, — короткий смешок вырвался у него.

Я услышала в нём нотку презрения к бывшей поклоннице и несостоявшейся жене.

— Ну я и решил проследить. Как видишь успел. Хотя, возможно, ты и справилась бы. Может, выйдем пока отсюда. Ещё немного и тебя стошнит.

Он был прав, я впервые видела так близко мёртвого человека, и охотно покинула беседку.

Мы остановились на краю полянки в тени деревьев.

Рэйнер обошёл меня и встал прямо передо мной, чуть наклонив набок голову. Сейчас он смотрел мне в глаза без смущающего меня хищного интереса:

— Тея, у меня вопрос, пока все не набежали. Что такого в Руме, и чего нет во мне? Я ж вроде не страшный, — и Рэйнер гордо расправил и без того широкую грудную клетку, демонстрируя свою мужскую стать.

Трудно было отрицать, красив и мужественен — мечта большинства женщин. Вот только на меня его флюиды не действовали.

— Ты действительно на нём помешалась?

Вместо ответа, я обнажила запястье.

Брови Рэйнера взлетели вверх.

— Вот даже как. Это всё объясняет. Не могу сказать, что я ему завидую. Не хотел бы я получить такое украшение.

Я испытала облегчение, но одновременно что-то в его словах меня задело:

— Ты не хотел бы встретить свою истинную?

Рэйнер с таким ужасом замотал головой, что я засмеялась.

— Император живёт двести, а то и триста лет. И всю долгую жизнь принадлежать одной единственной женщине? Ты разве не знаешь, как действует печать истинности?

— Не очень.

— Твой Рум не сможет даже в мыслях тебе изменить.

Мне показалось, что сейчас он добавит слово «бедняга». Может и хотел, но удержался. Вместо этого сказал, чуть наклонившись ко мне и втягивая носом воздух:

— Ты, конечно, хороша, и пахнешь вкусно, но… ты только не обижайся, ни одна женщина не стоит того, чтобы жертвовать ради неё мужской дружбой.

— Спасибо, Рэй.

— За что?

— За то, что спас мне жизнь, и за дружбу с Румом.

— Не за что. Ну вот и остальные защитнички бегут, — Рэйнер повернулся в сторону тропинки, откуда уже доносился топот ног.

— Рэй, через два дня состязания, — окликнула я его. — Я хочу увидеть Рума до них.

— Хм, ну я-то вряд ли смогу тебе помочь. Меня самого таскают на дознания из-за близкого знакомства с Лейнами. Но я передам Алии. Она может всё.