Книга Не судите ведьму строго, страница 91 – Светлана Калинникова

Вечером Сергей сообщил ей, что переговорил с Ирой, и сегодня она придет к ним на ужин.

— Надо с чего-то начинать, — объяснил муж, — мы виноваты перед ней.

— Я ничего не готовила, ты мог хотя бы предупредить, — возмутилась Дарья.

— Даша, она наша дочь, какие могут быть предупреждения! Я сделал заказ из ресторана, чтобы ты не суетилась.

Но Дарья уже была взвинчена, во-первых, болью, доставляемой кольцом, а во-вторых, неожиданно исчезнувшим нательным крестиком. Впервые ей хотелось не просто поругаться с мужем, а ударить его, снять напряжение этого дня и показать, что она не мягкая курочка-жена, а сильная личность с магическими способностями. Ярость выплескивалась из нее, пока муж ходил по спальне и надевал чистую рубашку. Она бросила взгляд на вазу с сухими цветами на комоде и та буквально разлетелась на части. Осколок полетел прямо в мужа.

— Че-е-ерт, — выругался Сергей, осматривая руку с порезом.

— Не черт, мой родной, — прошептала Дарья, — а ведьма… Я ведьма.

Видимо что-то в ее взгляде встревожило мужа, и он, придерживая правую руку, на которой виднелась кровь, начал отходить к двери. Почуяв страх, ведьма внутри нее восторжествовала: жертва сдавалась и отступала.

— Что с тобой? — спросил муж, — От тебя будто жар идет.

Он тяжело дышал, рубашка прилипла к его телу, мужчина вытирал пот со лба. «Слабый-слабый Сережа», — усмехнулась Дарья.

— Жарко тебе, Сережа?

— Меня обжигает воздух, — признался он, — я горю.

Они вышли из спальни, Дарья шла вперед, а муж пятился назад. Ее вела неведомая сила, сопротивляться которой она могла, но совсем не желала. Как будто она на охоте, и ей в руки дали ружье, зная, что она не промахнется.

Сергей споткнулся на ковре у камина и упал.

— Не подходи, — попросил он, — ты убиваешь меня.

— Конечно, — засмеялась Дарья, — потому что я могу тебя убить, а ты — нет… потому что я сильная, я ведьма…

Сергей запрокинул голову и увидел перед собой искаженное злобой лицо жены. Она стояла над ним, вращая на руке кольцо и произнося слова, которые он никак не мог расслышать. Звук становился глуше, глаза слипались, а внутри он сгорал от пламени. «Умираю», — понял Сергей.

Но тут открылась входная дверь. В дом вошли дочь и тот самый противный инквизитор, из-за повестки которого ее чуть не загрыз кот в инквизиции. Если бы не боязнь выдать себя, она бы его в прах обратила.

— Мама, не смей! — прокричала Ирина и кинулась к ней. Дочь вытащила из сумки носовой платок и схватила ее за руку, чтобы закрыть им кольцо и ослабить ее силу. Нечеловеческий вопль вырвался из Дарьи, пока дочь шептала защитный пришепт:

«Пусть злость твоя пылью закружится, пусть голос твой птицей обратится, да примет земля пыль да черну птицу, превратит ворожбу твою в небылицу».

Ирина вытянула перед собой руки и, словно зачерпнув воздух, направила свои ладони на мать. Дарью, будто ослепило ярким лучом, болью полоснуло глаза.

А Оболенцев зачитывал запрет на совершение ею любых магических действий до исполнения наказания. В его руках блеснули наручники, и ослабленная Дарья рухнула на пол. «Все, — мелькнуло у нее в голове, — это все. Но как же я их всех ненавижу…»

По заснеженному парку неспешно гуляли мужчина и женщина, держась за руки. Конец декабря радовал легким снегом и небольшим морозцем. Гирлянды мигали разноцветными огнями на деревьях, в воздухе смешались запахи кофе, глинтвейна и шашлыка из торговых ларьков.