Книга Лжепринцесса для Дракона. Академия врагов, страница 88 – София Клевер

— Ты самая близкая Лее по крови, иного объяснения нет. Сейчас, когда все маски сброшены, я чувствую в тебе кровь нашего рода. Я сделаю все, чтобы тебе помочь. И не только я. Все Диграры. Ведь в тебе наша кровь, продолжение Леи. Мы не отступим просто так.

— Что будет Тьюдо? Пожалуйста, не говорите мне, что его ждет казнь, — взмолилась я, хотя и понимала, что это глупо.

Один короткий взмах головы, означающий, что спасения нет, лишил последней надежды.

— Тьюдо — взрослый маг и знал, на что шел. Всех не спасти. А сейчас отдохни. Завтра тебе понадобится много сил, когда окажешься во дворце короля.

Глава 36 Бэль

Диргар ушел, а я погрузилась в отчаяние. Пыталась переварить все, что мне сейчас открылось. Сколько раз, я мечтала, что однажды найду свою семью. Что окажусь не брошенным ненужным ребенком, а случайно утерянным.

Но о таком и подумать не могла.

Голова шла кругом. Я все еще пыталась зачем-то отрицать, но в какой-то момент, просто сдалась. Поскольку ректор вынудил аншефа снять лишние путы, угрожая чуть ли не личной местью после пункта о превышении полномочий и тирады за кем в Академии стоит власть, я теперь могла передвигаться.

Светящиеся полупрозрачные веревки уже не приковывали меня к кровати, но ими были опутаны руки и ноги. Одни, чтобы не могла пользоваться магией, вторые — чтобы не вздумала бежать.

Я мелкими шажочками прошлась по пустому лазарету, поглядывая на наглухо запертую дверь, за которой стояли выдворенные из помещения стражи, и вздохнула. Уже темнеет, а на рассвете велено вести преступницу, то есть меня, во дворец на суд.

Страшно ли мне? Конечно, страшно.

Я боюсь даже представить, какие ужасы могут там меня ждать, что бы не говорил ректор касательно ценности моей…кхм… чешуи и того, что Диргары своих не бросают. Что уж говорить о Тьюдо, у которого нет даже соломинки, за которую можно ухватиться.

Нет. О нем сейчас думать нельзя иначе зареву так, что потопа не миновать.

О чем тогда думать?

Об Эмбере. Он знает правду обо мне? Не ту, что я оказалась чешуйчатой, а ту, где я вовсе не София, а Зеркало? Наверняка, да.

Злится ли? Чувствует себя обманутым и преданным? Понимает ли, почему я все усложняла? Он ненавидит меня?

Стоило о нем подумать, как запястье вновь засветилось красивым тонким рисунком. Это еще что?

Я потрясла головой, выкидывая из нее мысли об Эмбере, и рисунок тут же спрятался. Странно.

Может, мне это чудится?

Я подошла к окну, за которым уж ползла ночь. Из-за яркого света в комнате, оно превратилось из стекла в зеркало, в котором я видела златовласую девушку.

Свое истинное лицо я видела лишь раз за последние годы, когда сбежала от Эмбера, но потом Тьюдо быстро скрыл его иллюзией. Слишком быстро. Потому сейчас рассматривала вновь и вновь, как в первый раз, касаясь кончиками пальцев острого аккуратного носа, непривычно припухлых выразительных губ, густых темных бровей.

Да, они были темными, несмотря на то, что волосы струились золотом. Именно золотом, а не просто цветом пшеницы. А ореховые глаза теперь светились, как у драконов.

Я не знала подлинных историй о том, что полукровка становился драконом, но слышала всякие басни об этом. Потому мне хотелось понять, почему же драконья суть во мне перевесила.

Так гены сплелись? У отца была предрасположенность, а мама и вовсе дракон? Но почему эта искра так долго спала? Потому что я мало пользовалась магией, потому что меня не учили или потому, что я не была среди своих — среди драконов?