Книга Крушение идеалов. Книга 2, страница 40 – Галина Голицына

Арий подошел к Регине, обнял за плечи, прижал к себе и выдохнул ей в макушку:

— Жена…

Потом пальцем поднял ей подбородок, всмотрелся в испуганное лицо, улыбнулся и поцеловал долгим, очень долгим поцелуем. Она, как и всякая новобрачная, конечно, была к этому готова. Но все равно от испуга онемели ноги, закружилась голова, и она бы упала, если бы не поддержка мужа. Или она все-таки упала? Или они упали вместе? Потому что в какой-то момент Регина обнаружила, что они уже не стоят, а лежат на широкой кровати.

Арий не торопил события. Он медленно, очень медленно скользил губами по ее коже: щека, мочка уха, снова щека, горло, ямка у основания шеи, потом снова горло, подбородок, потом губы… И всё это так мучительно-нежно, что у Регины сбивалось дыхание. Почему ее никто не предупредил, что поцелуи – это так сладко и так… греховно?

Сосредоточившись на этих ощущениях, она не сразу поняла, что руки супруга уже проникли под сорочку и скользят по коже. А сообразив, ойкнула и инстинктивно стала натягивать сорочку на оголившиеся ноги.

Оторвав свои губы от ее шеи, Арий прошептал:

— Ты чего?

— Это ты чего? – огрызнулась новобрачная, но тут же прикусила язык.

Ну понятно – «чего». На то и брачная ночь… А она просто глупая.

— Совсем ты своими поцелуями меня разума лишил, – только и сказала в оправдание.

Он тихо засмеялся. Руки продолжили путешествие по ногам, животу… Дыхание снова сбилось.

Жалобно прошептала:

— А мы можем… отложить?

— Что отложить?

— Ну… это…

— Не можем.

— Но почему? Хотя бы до завтра можно?

— Нельзя. Без этого брак недействителен.

— Почему?

— Не знаю. У церковников спроси. Но без консуммации церковь признает наш брак фиктивным, недействительным. И тогда тебя заберет ненавистный герцог.

— Не пугай меня!

— А ты меня не сбивай. Я как раз подхожу к самому интересному моменту…

Невероятный человек! Он мог одновременно ласкать, пугать, целовать, смешить. Супружеский долг выполнил блестяще: нежно, ласково и очень бережно. И Регина перестала бояться и его, и своего внезапно свалившегося замужества.

Потом, когда новоиспеченный супруг уже уснул, его молодая жена какое-то время тихонько, не двигаясь и почти не дыша, лежала в темноте и думала о нём – о том, кого отныне будет звать мужем.

В этом удивительном человеке, оказывается, рядом с дворцовым лоском вполне мирно уживались первобытные инстинкты: охотиться, сражаться, размножаться. И всё-то у него спорится, всё-то у него ладится! Нет, ей всё-таки очень повезло. Злой герцог, упиваясь своим могуществом, собирался растоптать её доброе имя, разрушить её жизнь. А этот мелкопоместный дворянин легко, как бы играючи, спас ее от бесчестья и взял навеки под свою защиту. Очередной удивительный поворот в судьбе сиротки! А ведь Алианора предупреждала…

На следующий день за завтраком снова собрали военный совет. Слово держал главный полководец – Арий.

— Отпуск мой все равно подходит к концу, так что я в любом случае должен буду скоро вернуться на королевскую службу. Но теперь я поеду не один, а с женой. Регина, как верная супруга, поедет со мной, разумеется. А значит, оставит Хион.

У Регины резко упало настроение. Илария тоже пригорюнилась. Только Флавия сверкала глазами. Очень уж ей хотелось побыстрее попасть в столицу королевства!