Книга Между светом и тьмой, страница 61 – Виолетта Иванова

Когда ее отец получил приглашение в замок, она собралась и поехала с ним. Пусть ее никто не приглашал, она сама пойдет. Остатки приворотного аромата она перелила в красивый флакон, уложила его в золотую шкатулку. Теперь Эрик никуда не денется. Она станет его княгиней и вот тогда он поплатится за все годы, что ей пришлось страдать. За каждую пролитую ею слезинку он заплатит жемчугом, за каждую ночь без него заплатит одним днем своей жизни. У нее есть зелья, которые остались после бабки, и она знает, какие и когда надо дать, чтобы человек уснул и не проснулся. Никто не узнает, никто не подумает на нее. Она отплатит ему за свои страдания. Но сначала он должен будет на ней жениться.

Ингрид слышала, что его жена родила ему вторую дочку, а это значит у нее, у Ингрид, есть шанс родить сына, который станет наследником Эрика и займет княжеский трон после его смерти.

Ингрид вошла в зал и сразу увидела Эрика, который сидел за своим большим столом и улыбался. Он казался таким счастливым. Увидев Ингрид, Эрик изменился в лице, напрягся. Его жены рядом не было, что было на руку девушке. Она подошла к Эрику и подарила ему свой опасный подарок, приказывая мысленно открыть его прямо сейчас. Он открыл, и Ингрид видела, как он задышал тяжело и натужно, кровь хлынула к его голове, словно был готов бросится на нее прямо сейчас. Она с трудом дождалась, когда Эрик соберется уходить, догнала его, бросилась на шею.

Когда они очнулись после бурной ночи в одной постели, Ингрид ликовала. Теперь Эрик никуда не денется от нее, приворот бабки был слишком сильным. Девушка была уверена, теперь все в ее руках, она станет княгиней. И знала, что слуги уже разнесли по замку новость о том, что князь провел эту ночь в ее объятиях.

Через день она узнала еще одну радостную новость — ненавистная жена Эрика уехала вместе со своими девками. Больше препятствий к трону у Ингрид не было.

Шли дни, прошел месяц, но молодой князь не торопился пускать ее в свои покои и называть своей женой. Все меньше он ложился с ней в постель и каждый раз, когда ей удавалось завладеть им, Ингрид рыдала от боли и досады после этих ночей. Он был с ней словно дикий зверь, жестко брал ее, не заботясь о ее удовольствии, кусал, сжимал своими руками так, что у нее потом долго не сходили синяки с ее нежного тела. И каждый раз после близости мужчина смотрел на нее, как на падаль, одевался и уходил. Никогда не был с ней нежен.

Ингрид бесилась, старалась подтолкнуть Эрика к нужному для нее решению — назвать ее женой. Но он только брал ее, как какую-то шлюху и уходил, словно все приворотные заговоры бабки перестали на него действовать. Она хотела использовать приворотный аромат, но никак не могла найти в вещах Эрика тот флакон, чтобы еще раз использовать на своем теле. От ее подарка осталась только золотая шкатулка, которая стояла на подоконнике в комнате мужчины, покрывалась пылью, словно ненужный предмет. Ингрид ругала себя последними словами, что не додумалась оставить аромата немного себе. Амулет, который никогда не снимала в замке, она где-то потеряла и не смогла найти. Женщина только помнила, что он был на ней, когда в очередной раз утащила князя в какую-то комнату, где вновь они набросились друг на друга, как дикие звери. Его пропажу она обнаружила только на следующий день, с трудом нашла ту комнату, но амулета нигде не было.