Книга Под солнцем забытого мира, страница 96 – Танья МЯУ, Татьяна Гер

Наблюдая за тем, как Тимка опустившись немного на передние лапы, оттопырив попу повыше и подняв хвост распушил его и начал, не спеша передвигаться по залу. Со стороны это выглядело забавно.

По истечению почти часа, Тимкаа резко подскочил — Мя-я-у-у-у-у Ш-ш-ш-ш-ш-ш, — издал он в слух и уже мне мысленно. — Наше-ел. — Передергивая мордочкой подошёл к месту и сел. — Ту-ут на-адо копа-ать.

— Спасибо, друг. — Подойдя к котику, потрепала по голове.

— Так сейчас поднимем доски и приступаем. — Проговорила дальнейшие действия и поняла, что кроме лопаты ничего не взяла. — Подскажите будет у вас что ни будь такое, чтобы подцепить доску и приподнять ее? — Обратилась к хозяйке.

— Кочерга подойдет?

— Наверное, да. Можете принести?

— Да, сейчас. — засуетившись, скрылась под лестницей. — Вот держите, — вернувшись через пару, протянула кочергу.

— Спасибо. — Приняв увесистый инструмент, принялась за работу.

Промучившись с поднятием досок, все-таки кочерга не очень удобный инструмент для этого, руки начали гудеть. Взяв лопату начала копать.

Как только я наткнулась на что-то в твёрдое, в доме началось сумасшествие.

Сначала полетела какая-то пыль и песок, потом табуретки, которые чудом не зацепили нас, а когда я достала не деревянный сундучок, то вообще раздался оглушительный детский плачь и не прекращался, он пока не сломали замок и не открыли сундук.

— Сынок, маленький мой — Разревелась хозяйка и упала на колени. — Прости, я так ждала тебя, что после не смогла отпустить. — причитала она над сундуком, благо тело ребенка было завернуто в тряпицу, так что мне удалось избежать вида детского тела…

Эмоции я испытывала смешенные, жалость, брезгливость, сочувствие…

— Тише, тише. Вам сейчас нужно дать ему имя. — Присела рядом, поглаживая женщину по спине.

— Да, конечно.

— Сынок любимый, я так хотела назвать тебя Елисей. Нет не хотела, твое имя Елисей.

Как только она назвала имя, в доме прозвучал детский смех и захлопали двери.

— Вам сейчас нужно успокоиться, мы должны произвести нормальное захоронение.

— Да, да. У нас на кладбище есть семейное место. — вставая с колен, одной рукой вытирала слезы, другой придерживала крохотный сундучок.

— Пойдемте, покажите.

Выйдя из дома, направились к кладбищу.

Всю дорогу, она разговаривала с сыном, повторяя его имя. Я не смела мешать им.

Кладбище находилось не далеко. Дошли мы быстро.

Она показала где можно захоронить и пока я копала могилку, она собирала цветы.

Закончив с копанием и собиранием цветов, мы присели около могилы.

Мать начала укладывать цветы во круг маленького холмика.

Как только она закончила, мы услышали, громкий, счастливый детский смех.

— Все. Вы теперь можете приходить и навещать его. — Подойдя к даме, приобняла.

— Спасибо тебе, теперь, мы можем пойти домой.

— Да пойдемте. Как вы себя чувствуете? — обеспокоенно спросила, замечая, как она гладит живот.

— Как-то спокойнее, может потому что я теперь знаю, что Елисей упокоился. — Сказала и пошла в сторону выхода.

— Все возможно. — Схватив лопату, отправилась вслед за женщиной.

Тепло распрощавшись, я отправилась к себе.

Настроение было подавленным. Как же это больно, когда дети умирают раньше своих родителей. Даже представить себе не могу насколько это невыносимо…

Возвращалась не спеша. На обратном пути опять столкнулась с Олегом.