Книга Бесконечное пламя, страница 151 – Ребекка Росс

— Если ты вернулся домой, чтобы что-то ей сделать… – начал Торин, но в груди у него словно разгорались угли. От жгучего жара заболело горло. Он не смог договорить свою угрозу, но заметил, что его голос напугал Морэя.

Бреккан открыл глаза и повернулся к Торину, щурясь.

— Ах, да! Совсем про тебя забыл.

Морэй направился к нему, Торин не двигался. Но сердце у него бешено колотилось. В нем смешались страх и гнев.

— По-твоему, я бы сделал что-то собственной сестре? – лениво протянул Морэй. – После всего, на что я пошел, чтобы вернуть ее домой?

Торин понимал, что Морэй его дразнит. Понимал и все равно разгорячился. Но слова ранят не хуже, чем сталь. И тем вечером они стали его оружием.

— Она никогда не станет для тебя такой сестрой, какой останется для меня.

Морэй побелел от гнева. На виске у него затрепетала вена, а губы изогнулись, обнажив стиснутые зубы. Но потом выражение его лица снова стало бесстрастным.

— Здравствуй, лэрд, – сказал он с ноткой веселости в голосе. – Я гадал, что с тобой, с тех самых пор, как Сидра приходила меня навестить.

Услышать имя Сидры из уст Морэя для Торина было плевком в душу. Он нахмурился, и руки сжались в кулаки. Морэй снова его дразнил, и на этот раз проглотить обиду придется Торину. Забыть о своих опасениях и чувствах, похоронить их во мраке. Нужно было возвращаться к своей главной задаче.

Но нужно было и пробить брешь в уверенности Бреккана.

— Сила, которую ты украл у Оренны, иссякает, – спокойно проговорил Торин. – Что бы ты ни задумал, стоит поторопиться.

Его слова попали в цель.

Морэй выскочил из комнаты и снова помчался по извилистым, освещенным факелами коридорам. Дважды он чуть не столкнулся со слугами, которые несли подносы с ужином. На это-то и надеялся Торин – что планы Морэя сорвутся, когда он потеряет бдительность и его обнаружат. Но тот достиг своей цели, остановившись у резной двери.

Бреккан, прищурившись, взялся за железную ручку, будто ожидал, что она окажется заперта. Дверь открылась, и Морэй переступил через порог.

Торин прошел сквозь стену. Он знал, что это была комната Адайры. Знал, потому что, хотя ее самой не было, за столом сидел Джек, записывая что-то на листе пергамента.

Морэй остановился как вкопанный. Он не ожидал встретить Джека, но тут же выхватил из ножен кинжал.

— Джек! – закричал Торин. – Джек, за спиной!

Джек его не слышал. Он был увлечен письмом, и даже звук открывшейся и захлопнувшейся двери не привлек его внимания. Но потом он заговорил.

— Как прошел разговор с родителями?

Ответом ему была тишина, и Джек поднял голову, почувствовав, как на комнату опустились сумерки. Как у Торина колотилось сердце. Как тускло горел в камине огонь. И холодную, вкрадчивую близость Морэя.

Джек уронил перо и встал, в спешке опрокинув стул. Но Морэй оказался совсем рядом с кинжалом в руке. Его зубы блеснули в широкой ухмылке.

— И снова здравствуй, бард!

Адайра взяла кубок гра, который протягивала Иннес. Они сидели у камина в покоях лэрда, в лабиринте комнат, оказавшихся на удивление уютными. С потолочных балок свисали ветки можжевельника, распространявшие сладковатый аромат. Сотни свечей горели на книжных и каминных полках и мерцали на железных люстрах на потолке. Мягкий свет опускался на гобелены и раскрашенные панели на стенах, и Адайра неспеша любовалась историями, которые они рассказывали. Единороги гнались за упавшими лунами. Из отпечатков волчьих лап вырастали цветы. Из морских волн выходило невиданное чудовище.