Книга Бесконечное пламя, страница 48 – Ребекка Росс

— Новая библиотека, – сказал Дэвид, будто почувствовав глубину водоворота ее мыслей.

Адайра взглянула на него. Он не улыбался, но девушка на миг удивилась, заметив, что его карие глаза светились радостью, и словно увидела собственное отражение в его душе. Она зашла внутрь.

Ее встретил аромат старинных пергаментов и кожи, железных канделябров и восковых свечей, винного цвета чернил и кедрового дерева. Этот зал был не таким большим, как первая библиотека, но выглядел и не таким древним. Адайра прошлась по проходам, отметив, что полки вытесаны из дерева, которое слегка переливалось.

— Зачарованная библиотека? – спросила она.

— Некоторым образом, – ответил Дэвид. – Замок был построен до появления клановой границы, когда колдовство стало щедро даваться нам и нашим ремеслам. Но эти полки гораздо младше, они вырублены зачарованным топором. Положи руку на любую и скажи, что ищешь. Если такая книга есть в библиотеке, она появится.

Адайра остановилась перед одной из полок, не зная, хватит ли смелости назвать то, что ей нужно. Говорить вслух о таком было опасно. Но после беседы с Иннес накануне Адайра больше ни о чем не могла думать. «Мы спрятали музыку и инструменты под замок». Значит, они не уничтожены, а по-прежнему где-то здесь, на Западе. Поэтому Адайра решила, что Брекканы все еще таят искру надежды, что они тоскуют по прошлому, когда в их чертогах звучала музыка, когда они не пригибались из страха перед ветром.

К тому же Иннес рассказала ей не все, знала ли сама лэрд правду?

Адайра провела пальцами по дереву, не отнимая руки от полки.

— Я ищу книгу с нотами, – прошептала она. – Я ищу записи последнего барда Запада.

Ответом ей была тишина. Адайра опустила руку и обернулась, когда подошел Дэвид.

— Таких книг ты здесь не найдешь, – сказал он.

В его голосе не было ни гнева, ни раздражения, как опасалась Адайра. Он казался усталым и печальным.

— Почему? У Брекканов наверняка когда-то был бард. Хранитель истории и преданий вашего народа.

— Был. И принес клану массу бед, – ответил Дэвид. – Вместо того, чтобы давать людям силы, он играл ради власти. Вместо того, чтобы создавать гармонию в царстве духов, он играл ради господства над ними. Очень скоро огонь ослабел, посевы погибли, воды вышли из берегов, а ветер стал злее, чем следовало.

— И давно это было? – спросила Адайра.

— Когда Джоан Тамерлейн отправилась на Запад и вышла за Фингала Бреккана, – сказал Дэвид. – Тогда-то и начались беды. Уверен, ты хорошо знаешь эту легенду.

Адайра знала, хотя история, которую ей рассказывали, наверняка отличалась от той, которую слышал Дэвид. Ей было знакомо ее восточное переложение, где Джоан изображалась самоотверженной женщиной, связавшей себя с брекканским лэрдом ради мира на острове. А Фингалу она была нужна только из-за красоты, у него и в мыслях не было прекратить жестокие набеги на Восток. Джоан с Фингалом поссорились и убили друг друга в самом центре Каденции, где, истекая кровью, умерли в объятиях друг друга, полные ненависти и презрения. Из их вражды и возникла граница кланов, заколдованный рубеж, разделивший Запад и Восток. Духи острова и их колдовские силы серьезно пострадали от этого.

— Да, я ее знаю, – сказала Адайра.

Мысли о Джоан напомнили ей о разорванной книге, которую ей дала Мэйзи. В потрепаном томике недоставало одной половины, зато в нем были от руки записанные легенды и предания. Книга некогда принадлежала Джоан, и Адайра вдруг подумала: «Что, если вторая половина находится здесь, в брекканской библиотеке?» Может, Джоан оставила ее тут, когда пыталась бежать на Восток.