Книга Бесконечное пламя, страница 5 – Ребекка Росс

Кая пыталась перевоплотиться, обратить свое тело в воздух. Но оказалось, что она заперта в своей физической оболочке. Ее руки и ноги, волосы, невредимые левые крылья, кожа и кости попали в западню материального мира. «Еще одно наказание, наложенное Бэйном», – догадалась она. При встрече с землей она погибнет, разобьется.

Кая гадала, найдет ли Вереск ее разбитое тело в зарослях папоротника. Она чувствовала, как облака тают, касаясь ее лица, и слышала, как ветер свистит у нее между пальцев. Кая закрыла глаза и перестала сопротивляться падению.

Мальчик захлебнулся в море.

Сидра Тамерлейн стояла на коленях на влажном песке рядом с телом, пробуя нащупать пульс. Кожа была холодной и голубоватой, глаза – открытыми и остекленевшими, будто он заглядывал в другой мир. Золотистая водоросль прилипла к каштановым волосам, как уродливая корона, а из уголков рта стекала вода, поблескивая осколками ракушек и струйками крови.

Сидра попыталась вернуть мальчика к жизни, прыгнув в волны и вытащив из воды. Она выволокла его на берег и ритмично надавливала на грудь, вдувая воздух ему в рот. Она повторяла это снова и снова, будто могла высосать его душу, а за ней – легкие и сердце. Но вскоре Сидра почувствовала, что внутри нет ничего, кроме бесконечного моря – соленой воды, холодных глубин, переливчатой пены, – и тогда ей пришлось взглянуть правде в глаза.

Какой бы искусной целительницей она ни была, сколько бы ран ни залатала и сколько бы сломанных костей ни срастила, сколько хворей и лихорадок ни прогнала бы прочь. Сколько бы лет она ни посвятила своему ремеслу, держась на грани жизни и смерти. На этот раз она опоздала, и, когда Сидра закрыла мутные глаза ребенка, это стало ей напоминанием о том, как опасно море.

— Мы рыбачили с берега, – сказал один из приятелей мальчика. Он стоял рядом с Сидрой, и в его речи звучали нотки надежды. Надежды, что она сможет вернуть друга к жизни. – Только что Хэмиш стоял тут, вон на том камне. А в следующий миг, гляжу, он соскользнул и ушел под воду. Говорил же ему не ходить купаться в сапогах. Ни за что не хотел их снимать!

Сидра молчала, прислушиваясь к шуму прилива. Пенный рокот моря, одновременно сердитый и извиняющийся, казалось, говорил, что духи воды не виноваты в гибели мальчика.

Она перевела взгляд на ноги Хэмиша. Его сапоги из толстой кожи были зашнурованы до колен, а его приятели бегали босыми, как и положено ребятам, которые купаются у берега. Бабушка как-то раз сказала Сидре, что большинство целителей обладают даром предчувствия, что она должна всегда прислушиваться к своим ощущениям, какими бы странными они ни были, но сейчас Сидра никак не могла объяснить, почему по рукам побежали мурашки. Она потянулась было к шнуровке, но отдернула руку и обернулась к троим мальчишкам, окружившим ее.

— Леди Сидра?

«Если бы я только пришла чуть пораньше», – подумала она.

Днем дул ветер, с силой налетая с востока. Сидра шла по северной дороге, огибавшей берег, и несла корзинку с теплыми овсяными лепешками и пузырьками травяных настоев, щурясь от резких порывов ветра. Ее внимание привлекли истошные крики мальчишек, и она бросилась на помощь, но в итоге опоздала.

— Не может быть, чтобы он умер, – все повторял один из ребят, пока Сидра не взяла его за руку. – Не может этого быть! Вы же целительница! Вы его спасете!