Книга Зачарованная река, страница 209 – Ребекка Росс

— Когда ты вернешься?

А Джек неуверенно отвечает:

— Я не знаю.

Это вызвало у девочки новый приступ рыданий, словно ее сердце было разбито.

Адайра не могла этого вынести. Она прошла через ворота и села на траву. Ноги у нее дрожали. Всего час назад она была уверена, что Джек должен поехать с ней, но теперь, когда она увидела, в каком состоянии Мирин и Фрей… Адайра подумала, что ей следует убедить его остаться. Клан нуждался в нем и его музыке. Его семья нуждалась в нем.

Она прекрасно справится сама.

Она рассеянно смотрела на далекий лес, когда появилась Иннес в сопровождении трех стражников. Их лошади, шлепая по воде, вышли на берег.

«Вот и все,– подумала Адайра, поднимаясь.– Это конец и начало».

Сердце девушки бешено колотилось в груди, когда лошадь ее матери остановилась на холме. Иннес окинула ее взглядом, словно могла увидеть слезы и душевную боль, которые Адайра прятала под кожей.

— Ты готова пойти со мной? – спросила лэрд.

— Да. Мой муж Джек хотел бы сопровождать меня, если ты не против.

Иннес вскинула светлую бровь. Если она и была раздражена этой мыслью, то хорошо это скрыла.

— Конечно. Но он должен знать, что жизнь на Западе разительно отличается от жизни на Востоке.

— Я осознаю это, и я иду добровольно, – ответил Джек.

Обернувшись, Адайра увидела, что юноша стоит в саду с сумкой за плечами и сломанной арфой под мышкой. Мирин и Фрей стояли на пороге, провожая его. Девочка плакала, уткнувшись в юбку матери.

Джек подошел и встал рядом с Адайрой, и в этот момент она заметила, что с Иннес произошла перемена. Лэрд, прищурившись, холодно смотрела на Джека.

У Адайры перехватило дыхание. Знала ли Иннес, что Джек – сын Хранителя? Сын человека, который отдал Востоку ее дочь? Внезапно прежние дурные предчувствия вернулись, словно сильный прилив, омывающий ее ноги. Адайра переживала, будет ли Джек в безопасности, если Брекканы узнают о его происхождении. Она уже собиралась увести Джека в сторону, чтобы попросить его держать в секрете свою связь с отцом, когда Иннес спрыгнула с лошади.

— Я бы хотела поговорить с тобой, Адайра. – Тон лэрда был сдержанным, но жестким. Девушка почувствовала, что должна подчиниться этому приказу. В нескольких шагах от них был амбар.

— Мы можем поговорить там, – предложила она, и Джек бросил на нее встревоженный взгляд, когда она повела Иннес в маленькую круглую постройку.

Воздух был теплым и пыльным. Когда-то, не так давно, Адайра стояла на этом самом месте с Джеком.

— Твой муж – бард? – коротко спросила Иннес.

Адайра удивленно моргнула.

— Да.

Лэрд нахмурилась.

* * *

Джек понял, что что-то не так.

Он почувствовал это в тот момент, когда Иннес принялась внимательно изучать арфу в его руках. Он знал, что что-то случилось, и все же старался сохранять спокойствие, расхаживая по двору в ожидании женщин. Наконец, Иннес вышла и направилась к своей лошади, даже не удостоив его взглядом. Адайра жестом пригласила Джека войти.

Оставив арфу и сумку, он направился к ней в амбар. Она закрыла за ним дверь.

— В чем дело? – требовательно спросил он. – Что не так?

Адайра колебалась, но в ее глазах все еще читалось изумление, когда их взгляды встретились.

— Иннес только что сказал мне, что на Западе музыка запрещена.

Слова вырвались у Джека. Ему потребовалось два полных вдоха, чтобы осознать их.